Анализ практики пересмотра судебных актов Пятого арбитражного апелляционного суда Верховным Судом Российской Федерации во 2 полугодии 2015 года
Во исполнение пункта 4.04 Плана работы Пятого арбитражного апелляционного суда на 1 полугодие 2016 года Отделом анализа и обобщения судебной практики, законодательства и статистики подготовлен анализ практики пересмотра судебных актов Пятого арбитражного апелляционного суда Верховным Судом Российской Федерации.
В анализируемом периоде Верховным Судом Российской Федерации всего было вынесено 58 судебных актов, из которых в 14 случаях постановления (определения) Пятого арбитражного апелляционного суда были отменены (изменены), 44 – оставлены без изменения.
Из общего числа судебных актов Пятого арбитражного апелляционного суда, оставленных без изменения Верховным Судом Российской Федерации
8 постановлений - об отмене (изменении) судебного акта первой инстанции.
1. Споры, возникающие из административных и иных публичных правоотношений
1.1 Постановления (определения) апелляционной инстанции отменены (изменены).
Требование о признании незаконными решений налогового органа о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения удовлетворено в части оспаривания решений налоговой службы в части доначисления НДС, пеней и штрафных санкций, так как установлено, что услуги по передаче электроэнергии являются операциями, облагаемыми НДС, и в силу прямого указания закона заявитель вправе принять к вычету НДС, предъявленный поставщиком электроэнергии.
Определение Верховного Суда РФ от
29.07.2015 г. № 303-КГ15-1752
Постановление АС ДВО от 16.12.2014
Постановление 5 ААС от 03.09.2014
Решение Арбитражного суда
Приморского края от 21.11.2013
по делу А51-5267/2013
Общество обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании незаконным решения налогового органа о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения в части доначисления налога на прибыль организаций, налога на добавленную стоимость (далее - НДС), соответствующих сумм пеней и штрафных санкций, решения Управления Федеральной налоговой службы по Приморскому краю (далее - Управление) в части отказа в удовлетворении требований Общества о признании незаконным решения налогового органа в оспариваемой части.
Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения постановлением суда апелляционной инстанции, заявление Общества удовлетворено частично. Решение инспекции в части доначисления налога на прибыль организаций в сумме 53 063 147 рублей, соответствующих сумм пеней и штрафных санкций, а также доначисления налога на добавленную стоимость (далее - НДС) в сумме 86 298 298 рублей, соответствующих сумм пеней и штрафных санкций, признано незаконным как не соответствующее НК РФ. Решение Управления в части отказа в удовлетворении жалобы Общества о признании незаконным решения в части доначисления налога на прибыль организаций в сумме 53 063 147 рублей, соответствующих сумм пеней и штрафных санкций, а также доначисления НДС, соответствующих сумм пеней и штрафных санкций, признано незаконным как не соответствующее НК РФ.
Постановлением суда кассационной инстанции судебные акты в части признания незаконными решений инспекции о доначислении НДС в сумме 86 298 298 рублей, соответствующих сумм пеней и штрафных санкций отменены.
Судами было установлено, что налоговым органом в отношении Общества проведена выездная налоговая проверка, в том числе по вопросам правильности исчисления и своевременности уплаты, удержания, перечисления НДС.
В проверяемом периоде Общество (исполнитель, покупатель) на основании договора оказывало услуги по передаче электрической энергии от открытого акционерного общества "Дальневосточная энергетическая компания" (далее - Общество «ДЭК», продавец) путем принятия через технические устройства своих сетей электроэнергии и транспортировки ее потребляющим абонентам.
По условиям договора заказчик (Общество – «ДЭК») обязался по заявке исполнителя приобретать электроэнергию в объеме фактических потерь, а исполнитель - оплачивать фактические потери электроэнергии в своих сетях.
Поскольку поставка электроэнергии в сеть покупателя производилась в объеме фактических потерь путем приобретения электроэнергии, условиями договоров также было предусмотрено предоставление продавцу расчета объема электрической энергии, приобретаемого в целях компенсации потерь, возникших в электрических сетях покупателя.
Объем электрической энергии, приобретаемой в целях компенсации потерь, подтверждается ведомостью энергопотребления и расчетом приобретаемого фактического объема электрической энергии на компенсацию фактических потерь.
На оплату поставленного Обществом "ДЭК" в адрес налогоплательщика объема электроэнергии на компенсацию потерь были выставлены счета-фактуры с выделенной суммой НДС в размере 86 298 298 руб., которая предъявлена Обществом к налоговому вычету.
В ходе проверки инспекция пришла к выводу, что в связи с потерями в процессе транспортировки электроэнергия не была реализована, поэтому в силу пункта 1 статьи 39 и подпункта 1 пункта 1 статьи 146 НК РФ у налогоплательщика не возникает объекта обложения НДС, в связи с чем, согласно пункту 2 статьи 171 НК РФ, у заявителя отсутствует право на налоговый вычет в сумме 86 298 298 руб.
Кроме того налоговый орган, сославшись на имеющиеся между продавцом и покупателем разногласия относительно объема приобретенной энергии, указал на недоказанность фактического размера потерь.
По результатам проверки был составлен акт, на основании которого налоговым органом принято решение о привлечении Общества к ответственности за совершение налогового правонарушения, которым ему доначислен НДС по спорному эпизоду в сумме 86 298 298 руб., пени в соответствующей сумме, Общество привлечено к налоговой ответственности по пункту 1 статьи 122 НК РФ в виде штрафа. Также Обществу предложено внести необходимые исправления в документы бухгалтерского и налогового учета.
Частично удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии у Общества правовых оснований, установленных статьей 171 НК РФ, для применения налоговых вычетов по НДС в сумме 86 298 298 руб. При этом исходил из установленной нормативными правовыми актами в области электроэнергетики обязанности Общества по несению расходов по оплате Обществу "ДЭК" фактических потерь в сетях налогоплательщика. Принимая во внимание, что передача права собственности на электрическую энергию, приобретаемую в целях компенсации потерь, от продавца к покупателю происходит на возмездной основе и является необходимой составной частью материальных затрат для осуществления Обществом деятельности по передаче электрической энергии, суд пришел к выводу о наличии в данном случае объекта налогообложения НДС и правомерном заявлении налоговых вычетов в указанном выше размере.
Суд апелляционной инстанции выводы суда первой инстанции поддержал.
Суд округа, отменяя указанные судебные акты в части признания незаконными решения инспекции, решения Управления о доначислении НДС в сумме 86 298 298 руб., соответствующих сумм пеней и штрафных санкций и отказывая в их удовлетворении, исходил из того, что в рассматриваемом случае сетевая организация приобретала электрическую энергию для компенсации потерь, понесенных энергосбытовой организацией, поэтому посчитал, что электрическая энергия не приобреталась для ее дальнейшей реализации, в связи с чем пришел к выводу об отсутствии операций, признаваемых объектом обложения НДС (подпункт 1 пункта 1 статьи 146 НК РФ).
Судебная коллегия по экономическим спорам отменила постановление суда кассационной инстанции в части, судебные акты судов первой и апелляционной инстанций оставила без изменения в силу следующего.
Согласно подпункту 1 пункта 1 статьи 146 НК РФ объектом налогообложения НДС признается реализация товаров (работ, услуг) на территории Российской Федерации, в том числе реализация предметов залога и передача товаров (результатов выполненных работ, оказание услуг) по соглашению о предоставлении отступного или новации, а также передача имущественных прав.
Вычетам подлежат суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг) на территории Российской Федерации.
В силу пункта 1 статьи 172 НК РФ налоговые вычеты, предусмотренные статьей 171 Кодекса, производятся на основании счетов-фактур, выставленных продавцами при приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг).
В соответствии с частью 4 статьи 26 Федерального закона от 26.03.2003 N 35-ФЗ "Об электроэнергетике" сетевая организация или иной владелец объектов электросетевого хозяйства, к которым в надлежащем порядке технологически присоединены энергопринимающие устройства или объекты электроэнергетики, обязаны оплачивать стоимость потерь, возникающих в принадлежащих им сетях.
Суды первой и апелляционной инстанции правомерно указали, что в рассматриваемом случае на сетевую организацию (покупатель), оказывающую услуги Обществу "ДЭК" по передаче электрической энергии через технические устройства своих электрических сетей, законом возложена обязанность по компенсации энергоснабжающей организации (Обществу "ДЭК") потерь электрической энергии, возникающих при ее передаче.
Порядок определения объема и расчета стоимости фактических потерь электрической энергии в спорный налогооблагаемый период был установлен Постановлением Правительства РФ от 31.08.2006 № 530 "Об утверждении Правил функционирования розничных рынков электрической энергии" (далее - Постановление № 530, Правила), Постановлением Правительства РФ от 04.05.2012 № 442 "О функционировании розничных рынков электрической энергии, полном и (или) частичном ограничении режима потребления электрической энергии" и Постановлением Правительства РФ от 27.12.2004 № 861 "Об утверждении Правил недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и оказания этих услуг, Правил недискриминационного доступа к услугам по оперативно-диспетчерскому управлению в электроэнергетике и оказания этих услуг, Правил недискриминационного доступа к услугам администратора торговой системы оптового рынка и оказания этих услуг и Правил технологического присоединения энергопринимающих устройств потребителей электрической энергии, объектов по производству электрической энергии, а также объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих сетевым организациям и иным лицам, к электрическим сетям" (далее - Постановление № 861).
В соответствии с пунктом 50 Правил недискриминационного доступа по передаче электрической энергии и оказания этих услуг, утвержденных Постановлением N 861, размер фактических потерь электрической энергии в электрических сетях определяется как разница между объемом электрической энергии, поставленной в электрическую сеть из других сетей или от производителей электрической энергии, и объемом электроэнергии, потребленной энергопринимающими устройствами, присоединенными к этой сети, а также переданной в другие сетевые организации.
Суды первой и апелляционной инстанций пришли к обоснованному выводу о том, что порядок и способ определения объема потерь, согласованные сторонами, не противоречат требованиям действующего законодательства.
В силу пункта 1 статьи 544 ГК РФ оплата энергии производится за фактически принятое абонентом количество энергии в соответствии с данными учета энергии, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или соглашением сторон.
В силу технологических особенностей процесса транспортировки электрической энергии до конечных потребителей, в ходе ее транспортировки часть энергии теряется, не доходя до конечных потребителей, и поэтому она не оплачивается энергоснабжающей организации. Утраченная в сетях электрическая энергия относится к нормативным потерям энергоснабжающей организации.
Суды установили, что Общество покупает у продавца электрическую энергию в целях компенсации технологических потерь, возникающих в процессе ее транспортировки и сделали правильный вывод, что в отношении количества энергии, не дошедшей до потребителей, энергосетевая организация по отношению к энергоснабжающей организации выступает в качестве потребителя, приобретающего электроэнергию по регулируемым тарифам с учетом сбытовой надбавки гарантирующего поставщика для осуществления операций, облагаемых НДС - оказания услуг по передаче электрической энергии. Таким образом у Общества возникает обязанность по уплате стоимости энергии на основании статьи 544 ГК РФ.
Суды первой и апелляционной инстанции правомерно признали, что в данном случае происходит передача на возмездной основе права собственности на электроэнергию, приобретаемую в целях компенсации потерь, как на необходимую составную часть материальных затрат для осуществления Обществом деятельности по передаче электрической энергии, что является объектом налогообложения НДС в соответствии со статьей 146 НК РФ, поэтому налогоплательщик обоснованно воспользовался правом на вычет по НДС.
Поскольку услуги по передаче электроэнергии являются операциями, облагаемыми налогом на добавленную стоимость, а приобретение электроэнергии для компенсации сверхнормативных потерь в сетях непосредственно связано с этой деятельностью и осуществляется в силу прямого указания закона, сетевая организация вправе принять к вычету налог на добавленную стоимость, предъявленный поставщиком электроэнергии.
Поскольку представленные к таможенному оформлению документы и сведения не основаны на количественно определяемой и документально подтвержденной информации, а также недостаточны для подтверждения стоимости товара, дело подлежит направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции.
Определение Верховного Суда РФ от
23.12.2015 г. № 303-КГ15-10416
Постановление АС ДВО от 07.05.2015
Постановление 5 ААС от 24.02.2015
Решение Арбитражного суда
Приморского края от 09.12.2014
по делу А51-32919/2014
Общество обратилось в арбитражный суд с заявлением к таможенному органу о признании незаконным решения о корректировке таможенной стоимости товаров, ввезенных по декларации.
Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения постановлениями судов апелляционной и кассационной инстанций, оспариваемое решение таможенного органа признано незаконным.
Как следовало из материалов, между Обществом (далее - декларант) и иностранной компанией заключен внешнеторговый контракт, согласно которому на таможенную территорию Таможенного союза в Российскую Федерацию был ввезен товар, задекларированный Обществом, действующим в качестве таможенного представителя декларанта на основании договора на оказание услуг по таможенному оформлению.
Таможенная стоимость товара была определена по первому методу, предусмотренному статьей 4 Соглашения между Правительством Российской Федерации, Правительством Республики Беларусь и Правительством Республики Казахстан от 25.01.2008 "Об определении таможенной стоимости товаров, перемещаемых через таможенную границу Таможенного союза" (далее - Соглашение от 25.01.2008).
В ходе таможенного контроля было установлено, что представленные к таможенному оформлению документы и сведения не основаны на количественно определяемой и документально подтвержденной информации, а также недостаточны для подтверждения заявленной таможенной стоимости товара по первому методу, в связи с чем было принято решение о проведении дополнительной проверки, направлен запрос о представлении дополнительных документов для подтверждения заявленной таможенной стоимости товаров.
Посчитав, что представленные Обществом документы и использованные им при заявлении таможенной стоимости товара сведения не позволяют определить таможенную стоимость ввозимого товара по первому методу, таможенный орган принял решение о корректировке таможенной стоимости товаров, определив ее по шестому методу, предусмотренному Соглашением от 25.01.2008.
Удовлетворяя заявленные требования, суды исходили из разъяснений, содержащихся в пункте 7 Постановления Пленума ВАС РФ от 25.12.2013 № 96 "О некоторых вопросах практики рассмотрения споров, связанных с определением таможенной стоимости товаров, ввозимых на таможенную территорию Таможенного союза" (далее - Постановление Пленума ВАС РФ № 96), что обязанность доказать наличие оснований, исключающих применение первого метода определения таможенной стоимости товара, а также невозможность применения иных методов в соответствии с установленной законом последовательностью лежит на таможенном органе. В частности, такими основаниями могут являться доказанный таможенным органом факт недостоверности представленных декларантом документов и содержащейся в них информации либо противоречивость сведений, касающихся условий определения таможенной стоимости.
Суды пришли к выводу о том, что Общество надлежаще оформленными документами подтвердило правомерность определения им таможенной стоимости товара по спорной ДТ по первоначально заявленному методу, а таможенный орган не доказал те факты, обязанность доказывания которых в силу вышеуказанных правил распределения бремени доказывания по спорам о корректировке таможенной стоимости лежит на таком органе.
Кроме того, суды указали, что в силу пункта 1 статьи 2 Соглашения от 25.01.2008 основой определения таможенной стоимости ввозимых товаров должна быть в максимально возможной степени стоимость сделки с этими товарами в значении, установленном в статье 4 названного Соглашения. В соответствии с пунктом 1 статьи 68 ТК ТС таможенный орган самостоятельно определяет таможенную стоимость товаров лишь в случаях, когда таможенным органом или декларантом обнаружено, что заявлены недостоверные сведения о таможенной стоимости товаров, в том числе неправильно выбран метод определения таможенной стоимости товаров и (или) определена таможенная стоимость товаров.
Суды посчитали, что Общество в подтверждение правомерности определения таможенной стоимости товара по цене сделки представило в таможенный орган все имеющиеся у него в силу делового оборота документы, содержащие сведения о наименовании, количестве и стоимости ввезенного товара и указанные в Перечне документов, подтверждающих заявленную таможенную стоимость товаров.
Таким образом, суды пришли к выводу, что представленные Обществом документы являются достаточными для применения метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами, а таможенный орган не привел доказательств невозможности использования имеющихся документов в их совокупности и системной оценке для целей надлежащего подтверждения таможенной стоимости ввезенных товаров, следовательно, у таможни отсутствовали правовые основания для ее корректировки и, соответственно, доначисления таможенных платежей, подлежащих уплате.
Судебная коллегия Верховного Суда РФ отменила состоявшиеся по делу судебные акты, дело направила на новое рассмотрение в суд первой инстанции ввиду следующего.
В соответствии с частью 1 статьи 2 Соглашения от 25.01.2008 основой определения таможенной стоимости ввозимых товаров должна быть в максимально возможной степени стоимость сделки с этими товарами в значении, установленном в статье 4 названного Соглашения.
Согласно части 1 статьи 4 Соглашения от 25.01.2008 таможенной стоимостью товаров, ввозимых на единую таможенную территорию таможенного союза, является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на единую таможенную территорию таможенного союза и дополненная в соответствии со статьей 5 названного Соглашения.
При этом частью 3 статьи 2 Соглашения от 25.01.2008 и частью 4 статьи 65 ТК ТС предусмотрено, что таможенная стоимость товаров и сведения, относящиеся к ее определению, должны основываться на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации.
В ходе таможенного контроля таможенный орган установил, что представленные к оформлению документы и сведения не основаны на количественно определяемой и документально подтвержденной информации, а также недостаточны для подтверждения заявленной таможенной стоимости товара по первому методу, им было принято решение о проведении дополнительной проверки, а Обществу направлен запрос о представлении дополнительных документов для подтверждения заявленной таможенной стоимости товаров.
В установленные таможенным органом сроки декларант представил пакет запрошенных документов, в котором отсутствовали такие документы как прайс-лист продавца (производителя товара), на основании которого можно было бы проанализировать сведения о стоимости ввозимого товара в стране отправления и объяснить причины отличия цены сделки от первоначальной цены предложения, а также экспортная декларация, позволившая бы уточнить сведения, заявленные продавцом при вывозе товара в соответствии с законодательством страны вывоза. Отсутствие указанных документов не позволило таможенному органу устранить послужившие основанием для проведения дополнительной проверки сомнения в достоверности сведений о заявленной в ДТ таможенной стоимости товаров и правомерности ее определения по цене сделки на основании представленных обществом документов.
Помимо этого, судами не было дано надлежащей оценки информации, представленной таможенным органом о стоимости однородных товаров, ввозимых на таможенную территорию Таможенного союза.
Также, согласно пункту 11 Инструкции по проведению проверки правильности декларирования таможенной стоимости товаров, ввозимых (ввезенных) на таможенную территорию Таможенного союза, утвержденной приказом Федеральной таможенной службы России от 14.02.2011 № 272 (далее - Инструкция), при проведении оценки достоверности заявленной декларантом таможенной стоимости товара уполномоченные должностные лица осуществляют сравнение и анализ заявленной таможенной стоимости с имеющейся в таможенном органе ценовой информацией.
Так, заявленный декларантом уровень таможенной стоимости составил 1 доллар США, в то время как исходя из сведений, имеющихся в распоряжении таможенного органа, стоимость однородных товаров составила 3,49 доллара США и 4,90 долларов США.
При этом в силу пункта 21 Порядка и пункта 20 Инструкции если дополнительно представленные декларантом документы и сведения не устраняют основания для проведения дополнительной проверки, таможенный орган по результатам дополнительной проверки принимает решение о корректировке заявленной таможенной стоимости товаров исходя из имеющихся документов и сведений с учетом информации, полученной самостоятельно при проведении дополнительной проверки.
Вместе с тем при рассмотрении в суде спора, касающегося определения таможенной стоимости товара, таможенным органом могут быть представлены доказательства недостоверности указанной информации. Эти доказательства, как и доказательства, представленные декларантом, подлежат исследованию в судебном заседании согласно требованиям статьи 162 АПК РФ и оценке судом в совокупности и взаимосвязи с учетом положений статьи 71 названного Кодекса (пункт 1 Постановления Пленума ВАС РФ № 96).
При оценке обоснованности применения первого метода определения таможенной стоимости ввозимых товаров судам необходимо руководствоваться положениями пункта 1 статьи 4 и пунктов 1 и 3 статьи 5 Соглашения от 25.01.2008, имея в виду, что стоимость сделки с ввозимыми товарами не может считаться документально подтвержденной, количественно определенной и достоверной, если декларант не представил доказательства заключения сделки, на основании которой приобретен товар, в любой не противоречащей закону форме или содержащаяся в такой сделке информация о цене не соотносится с количественными характеристиками товара, или отсутствует информация об условиях поставки и оплаты товара либо имеются доказательства ее недостоверности, а также если отсутствуют иные сведения, имеющие отношение к определению стоимости сделки в смысле приведенных норм названного Соглашения (пункт 1 Постановления Пленума ВАС РФ № 96).
В случае непредставления декларантом дополнительных документов (сведений), обосновывающих заявленную им таможенную стоимость товара, либо объяснения причин, по которым они не могут быть представлены, решение о корректировке таможенной стоимости товаров может быть принято таможенным органом с учетом информации, имеющейся в распоряжении таможенного органа. При этом может быть использована необходимая информация, полученная также у лиц, имеющих отношение к производству, перемещению и реализации товара, контрагентов декларанта и таможенных органов иностранных государств (пункт 5 Постановления Пленума ВАС РФ N 96).
Также, согласно правовой позиции, выраженной в постановлении Президиума ВАС РФ от 19.04.2005 № 13643/04, исходя из смысла метода определения таможенной стоимости по цене сделки с ввозимыми товарами в сочетании с условием о ее документальном подтверждении, количественной определенности и достоверности, данный метод не может быть применен в случаях отсутствия документального подтверждения заключения сделки в любой не противоречащей закону форме или отсутствия в документах, выражающих содержание сделки, ценовой информации, относящейся к количественно определенным характеристикам товара, условий поставки и оплаты, либо наличия доказательств недостоверности таких сведений, то есть их необоснованного расхождения с аналогичными сведениями в других документах, выражающих содержание сделки, а также коммерческих, транспортных, платежных (расчетных) и иных документах, относящихся к одним и тем же товарам.
Поскольку в ответ на запрос таможенного органа о предоставлении дополнительных документов в обоснование применения первого метода оценки таможенной стоимости товара Обществом были представлены лишь коммерческое предложение продавца товаров, переписка с иностранным партнером о невозможности предоставления прайс-листа и экспортной декларации, пояснения о влияющих на цену физических характеристиках ввезенного товара, бухгалтерские документы о постановке на учет ввезенного товара, пояснения по условиям продажи товаров, однако не представлены иные запрошенные таможней документы, а представленными декларантом документами, сведениями и пояснениями не обоснован объективный характер значительного отличия цен на декларируемые товары от ценовой информации, содержащейся в базах данных таможенных органов по сделкам с идентичными товарами, ввезенными в Российскую Федерацию при сопоставимых условиях, иных официальных и общепризнанных источников информации, основания для проведения дополнительной проверки таможенной стоимости устранены не были.
Поскольку стоимость сделки, являющаяся основной для определения таможенной стоимости по первому методу, в рассматриваемом случае Обществом не подтверждена, не соблюдены требования, установленные пунктом 3 статьи 2 Соглашения от 25.01.2008, выводы судов о том, что заявленная декларантом таможенная стоимость товара по спорной таможенной декларации основана на достоверной и документально подтвержденной информации являются необоснованными и противоречащими пункту 4 статьи 65, статье 68 ТК ТС.
Судебные акты по аналогичному делу (А51-30666/2014) также были отменены, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.
1.2. Постановления апелляционной инстанции оставлены без изменения.
В удовлетворении требования об отмене постановления о привлечении к ответственности по ст. 7.22 КоАП РФ за нарушение правил содержания и ремонта жилых домов и (или) жилых помещений отказано, поскольку факт совершения правонарушения подтвержден материалами дела.
Постановление Верховного Суда РФ от
08.09.2015 г. № 303-АД14-7585
Постановление 5 ААС от 21.11.2014
Решение Арбитражного суда
Приморского края от 10.09.2014
по делу А51-19754/2014
Общество обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании незаконным и отмене постановления административного органа о привлечении к административной ответственности, предусмотренной статьей 7.22 КоАП РФ с назначением наказания в виде административного штрафа в размере 40 000 рублей.
Согласно статье 7.22 КоАП РФ нарушение лицами, ответственными за содержание жилых домов и (или) жилых помещений, правил содержания и ремонта жилых домов и (или) жилых помещений либо порядка и правил признания их непригодными для постоянного проживания и перевода их в нежилые, а равно переустройство и (или) перепланировка жилых домов и (или) жилых помещений без согласия нанимателя (собственника), если переустройство и (или) перепланировка существенно изменяют условия пользования жилым домом и (или) жилым помещением, - влечет наложение штрафа на юридических лиц - от 40 000 до 50 000 рублей.
Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения постановлением суда апелляционной инстанции, в удовлетворении требования отказано.
В суде округа дело не рассматривалось.
Верховный Суд РФ согласился с выводами судов нижестоящих инстанций, оставил судебные акты без изменения. Указал на следующее.
Оценив представленные в материалы дела доказательства и установив, что являясь ответственным лицом за обслуживание, содержание, эксплуатацию, ремонт и обеспечение коммунальными услугами спорного объекта жилищного фонда, Общество выполняло принятые на себя обязательства с нарушением Правил содержания общего имущества в многоквартирном доме, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 13.08.2006 № 491 (далее - Правила № 491), Правил противопожарного режима в Российской Федерации, утвержденные Постановлением Правительства Российской Федерации от 25.04.2012 № 390 (далее - Правила № 390), Правил и норм технической эксплуатации жилищного фонда, утвержденных Постановлением Государственного комитета Российской Федерации по строительству и жилищно-коммунальному комплексу от 27.09.2003 № 170 (далее - Правила № 170), суды пришли к выводу о наличии в действиях общества состава административного правонарушения, ответственность за которое предусмотрена статьей 7.22 КоАП РФ.
Суды, установив все фактические обстоятельства, имеющие существенное значение для рассмотрения дела, признали правомерным оспариваемое постановление и правомерно отказали Обществу в удовлетворении заявленных требований.
При рассмотрении дела на основании полного и всестороннего анализа собранных по делу доказательств, судами были установлены все юридически значимые обстоятельства совершения административного правонарушения, действия Общества квалифицированы в соответствии с установленными обстоятельствами и требованиями КоАП РФ.
Размер назначенного штрафа соответствует санкции, предусмотренной статьей 7.22 КоАП РФ, Общество привлечено к ответственности в пределах установленного статьей 4.5 КоАП РФ срока давности привлечения к административной ответственности.
По аналогичным делам (№№ А51-19745/2014, А51-19746/2014, А51-19747/2014, А51-19748/2014, А51-19749/2014, А51-19750/2014, А51-19751/2014, А51-19752/2014) Общество также было правомерно привлечено к административной ответственности, предусмотренной статьей 7.22 КоАП РФ.
В удовлетворении требования об отмене постановления о привлечении к административной ответственности, предусмотренной частью 1 статьи 7.23.1 КоАП РФ за несоблюдение стандарта раскрытия информации товариществом, осуществляющим деятельность в сфере управления многоквартирными домами отказано, так как доказан состав вмененного административного правонарушения.
Постановление Верховного Суда РФ от
22.12.2015 г. № 303-АД15-11489
Постановление АС ДВО от 09.06.2015
Постановление 5 ААС от 12.03.2015
Решение Арбитражного суда
Приморского края от 21.01.2015
по делу А51-34205/2014
Товарищество собственников жилья (далее - Товарищество) обратилось в арбитражный суд с заявлением к Государственной жилищной инспекции Приморского края (далее - жилищная инспекция) о признании незаконным и отмене постановления о привлечении к административной ответственности, предусмотренной частью 1 статьи 7.23.1 КоАП РФ.
Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения постановлениями судов апелляционной и кассационной инстанций, оспариваемое постановление признано незаконным и отменено в части назначения наказания в виде административного штрафа в размере, превышающем 125 000 рублей. В остальной части в удовлетворении заявленных требований отказано.
Согласно части 1 статьи 7.23.1 КоАП РФ нарушение организациями и индивидуальными предпринимателями, осуществляющими деятельность в сфере управления многоквартирными домами на основании договоров управления, установленных Сандартом раскрытия информации порядка, способов или сроков раскрытия информации, либо раскрытие информации не в полном объеме, либо предоставление недостоверной информации - влечет наложение административного штрафа юридических лиц и индивидуальных предпринимателей - от 250 000 до 300 000 рублей.
Основанием для привлечения Товарищества к административной ответственности послужило то обстоятельство, что в нарушение требований Стандарта раскрытия информации организациями, осуществляющими деятельность в сфере управления многоквартирными домами, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 23.09.2010 № 731 (далее - Стандарт), осуществляя управление многоквартирным домом, Товарищество в установленные сроки не зарегистрировалось на официальном сайте в качестве организации, осуществляющей управление спорным многоквартирным домом, и не раскрыло необходимую информацию, предусмотренную положениями Стандарта.
Из материалов дела следовало, что постановлением жилищной инспекции Товарищество привлечено к административной ответственности с назначением наказания в виде административного штрафа в размере 250 000 рублей.
Суды пришли к выводу о наличии в действиях Товарищества состава административного правонарушения.
Поскольку в данном случае в качестве способа управления многоквартирным домом собственники выбрали управление домом товариществом, суды пришли к правильному выводу о наличии у Товарищества обязанности обеспечить надлежащее управление многоквартирным домом, включающее в себя соблюдение порядка и способов раскрытия информации, предусмотренных Стандартом, требования которого являются обязательными, в том числе и для товариществ собственников жилья, осуществляющих управление многоквартирными домами без заключения договора управления. Согласно положениям статей 136, 138 ЖК РФ Товарищество является объединением собственников жилья и имеет статус юридического лица, создано для совместного управления спорным многоквартирным домом, обеспечения эксплуатации, владения, пользования и распоряжения общего имущества, на которое возложены обязанности, предусмотренные статьей 162 ЖК РФ.
Вместе с тем, принимая во внимание обстоятельства дела, связанные с совершением административного правонарушения, его характером и последствиями, суды посчитали возможным снизить размер назначенного административного штрафа ниже низшего предела санкции, предусмотренной частью 1 статьи 7.23.1 КоАП РФ, в два раза: с 250 000 рублей до 125 000 рублей, признали незаконным оспариваемое постановление жилищной инспекции и отменили его в части назначения наказания в виде административного штрафа.
Верховный Суд РФ поддержал выводы судов нижестоящих инстанций, оставил состоявшиеся по делу судебные акты без изменения.
Требование об отмене постановления о привлечении к ответственности по ч. 2 ст. 7.3 КоАП РФ за пользование недрами с нарушением условий, предусмотренных лицензией на пользование недрами удовлетворено, поскольку в действиях общества отсутствует состав указанного правонарушения.
Постановление Верховного Суда РФ от
28.09.2015 г. № 303-АД15-9034
Постановление АС ДВО от 20.05.2015
Постановление 5 ААС от 17.02.2015
Решение Арбитражного суда
Приморского края от 08.12.2014
по делу А51-28481/2014
Общество обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании незаконным и отмене постановления государственного инспектора Управления Росприроднадзора по Приморскому краю о привлечении к административной ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 7.3 КоАП РФ с назначением наказания в виде административного штрафа в размере 300 000 рублей.
Частью 2 статьи 7.3 КоАП РФ установлена административная ответственность за пользование недрами с нарушением условий, предусмотренных лицензией на пользование недрами, и (или) требований утвержденного в установленном порядке технического проекта.
Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения постановлениями судов апелляционной и кассационной инстанций, заявленные требования удовлетворены.
Отношения, возникающие в связи с геологическим изучением, использованием и охраной недр территории Российской Федерации, ее континентального шельфа, а также в связи с использованием отходов горнодобывающего и связанных с ним перерабатывающих производств, торфа, сапропелей и иных специфических минеральных ресурсов, включая подземные воды, рапу лиманов и озер, регулируются в частности Федеральным законом от 21.02.1992 № 2395-1 "О недрах" (далее – Закон о недрах).
Согласно положениям части 3 статьи 11 Закона о недрах предоставление недр в пользование оформляется специальным государственным разрешением в виде лицензии, которая является документом, удостоверяющим право ее владельца на пользование участком недр в определенных границах в соответствии с указанной в ней целью в течение установленного срока при соблюдении владельцем заранее оговоренных условий.
Требования к содержанию лицензии на пользование недрами установлены в статье 12 Закона о недрах, согласно которой лицензия на пользование недрами закрепляет перечисленные в данной норме условия и форму договорных отношений недропользования, в том числе контракта на предоставление услуг (с риском и без риска), а также может дополняться иными условиями, не противоречащими этому Закону.
Пользователь недр обязан обеспечить выполнение условий, установленных лицензией или соглашением о разделе продукции, своевременное и правильное внесение платежей за пользование недрами (пункт 10 части второй статьи 22 Закона о недрах).
В ходе проведения плановой выездной проверки деятельности Общества по соблюдению требований природоохранного законодательства, условий пользования недрами по лицензиям, установлено нарушение заявителем действующего законодательства, выразившееся в невыполнении лицензионных условий, а именно:
- допущены отставания проведения геологоразведочных работ на месторождениях по объемам и срокам их проведения от установленных значений проектной документации и планов развития горных работ, несоответствие проводимых работ;
- не проводится комплекс геофизических исследований, влияющих на полноту геологического изучения недр на месторождениях;
- не проводятся установленные проектами гидрогеологические исследования, влияющие на полноту геологического изучения недр на месторождениях;
- не ведется горно-экологический мониторинг состояния окружающей среды в пределах лицензионных участков недр;
- отсутствует социально-экономическое соглашение о взаимодействии Общества с администрацией Тернейского муниципального района Приморского края, на территории которого расположены лицензионные участки;
- не представлена государственная статистическая отчетность о проведении геологоразведочных работ на месторождениях и отчетность о выполнении лицензионных условиях по в Приморский филиал ФБУ «Территориальный фонд геологический информации по Дальневосточному федеральному округу» за период 2011-2014 гг..
При рассмотрении спора суды указали, что для привлечения к административной ответственности административный орган должен был установить факт пользования Обществом недрами.
Объективной стороной указанного административного правонарушения является пользование недрами с нарушением условий лицензии. Бездействие, выразившееся в невыполнении условий лицензии, без установления факта пользования обладателем лицензии недрами, не может являться нарушением.
Таким образом, установив отсутствие указанных обстоятельств, судебные инстанции пришли к выводу об отсутствии в действиях (бездействии) Общества события и объективной стороны вменяемого административного правонарушения, предусмотренного пунктом 2 статьи 7.3 КоАП РФ.
Верховный Суд РФ поддержал выводы судов нижестоящих инстанций, оставив оспариваемые судебные акты без изменения.
В удовлетворении требования об отмене постановления о привлечении к ответственности по ст. 8.2 КоАП РФ за несоблюдение экологических и санитарно-эпидемиологических требований при обращении с отходами производства и потребления отказано, так как факт совершения правонарушения подтвержден материалами дела.
.
Постановление Верховного Суда РФ от
09.07.2015 г. № 303-АД15-4772
Постановление АС ДВО от 28.01.2015
Постановление 5 ААС от 13.10.2014
Решение Арбитражного суда
Приморского края от 07.07.2014
по делу А51-11529/2014
Общество обратилось в арбитражный суд с заявлением об отмене постановления государственного инспектора департамента природных ресурсов и охраны окружающей среды Приморского края (далее – административный орган) о привлечении к административной ответственности, предусмотренной статьей 8.2 КоАП РФ с назначением административного наказания в виде штрафа в размере 120 000 рублей и предписания об устранении нарушений законодательства в сфере охраны окружающей среды.
Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения постановлениями судов апелляционной и кассационной инстанций, в удовлетворении требований отказано.
Согласно статье 8.2 КоАП РФ несоблюдение экологических и санитарно-эпидемиологических требований при сборе, накоплении, использовании, обезвреживании, транспортировании, размещении и ином обращении с отходами производства и потребления, веществами, разрушающими озоновый слой, или иными опасными веществами влечет наложение административного штрафа на юридических лиц от 100 000 до 250 000 рублей или административное приостановление деятельности на срок до 90 суток.
При проведении проверки административным органом было установлено, что в результате производственной деятельности Общества образуются отходы различных классов опасности по ФККО, что подтверждается договором на вывоз отходов, однако инвентаризация отходов не проведена; отсутствуют паспорта на опасные отходы (I-V класса опасности по ФККО), образующиеся в результате деятельности Общества; отсутствует Порядок осуществления производственного контроля в области обращения с отходами производства и потребления; не ведется учет и отчетность образовавшихся, использованных, обезвреженных, переданных другим лицам или полученных от других лиц, а также размещенных отходов.
Оценив представленные в материалы дела доказательства, суды признали обоснованным вывод административного органа о несоблюдении указанных требований, что образует состав административного правонарушения, предусмотренного статьей 8.2 КоАП РФ.
Верховный Суд РФ согласился с выводами судов трех инстанций, указав на то, что судебные инстанции пришли к обоснованному выводу о наличии в действиях Общества состава вменяемого административного правонарушения.
Поскольку материалами дела подтверждено нарушение хозяйствующим субъектом требований природоохранного законодательства, оснований для признания незаконными постановления о привлечении к административной ответственности и вынесенного предписания об устранении нарушений законодательства в сфере охраны окружающей среды не установлено. Административное наказание назначено Обществу в пределах, установленных санкцией статьи 8.2 КоАП РФ.
В удовлетворении требования об отмене постановления о привлечении к ответственности по ч. 1 ст. 8.42 КоАП РФ отказано, поскольку доказательства принятия Учреждением всех зависящих от него мер по недопущению выявленных нарушений отсутствуют.
Постановление Верховного Суда РФ от
22.07.2015 г. № 303-АД15-7785
Постановление АС ДВО от 08.04.2015
Постановление 5 ААС от 22.12.2014
Решение Арбитражного суда
Камчатского края от 12.11.2014
по делу А24-4780/2014
Краевое государственное бюджетное учреждение "Природный парк "Вулканы Камчатки" (далее – Учреждение) обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании незаконным и отмене постановления Северо-Восточного территориального управления Федерального агентства по рыболовству (далее – административный орган) о привлечении к административной ответственности, предусмотренной частью 1 статьи 8.42 КоАП РФ, с назначением наказания в виде административного штрафа в размере 210 000 рублей.
Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения постановлениями судов апелляционной и кассационной инстанций, в удовлетворении требований отказано.
В соответствии с частью 1 статьи 8.42 КоАП РФ использование прибрежной защитной полосы водного объекта, водоохранной зоны водного объекта с нарушением ограничений хозяйственной и иной деятельности влечет наложение административного штрафа на юридических лиц в размере от 200 000 до 400 000 рублей.
Из материалов дела следовало, что при проведении мероприятий по государственному контролю и надзору за соблюдением законодательства РФ в области рыболовства и сохранения водных биологических ресурсов на территории Елизовского района Камчатского края на береговой линии нерестовой реки в границах водоохранной зоны был установлен факт нахождения временного сооружения, предназначенного для хозяйственных нужд, а также колесного жилого балка. При осмотре местности установлено, что отсутствует бак для сбора мусора, в связи с чем вокруг указанного строения имеется захламление бытовым и природным мусором. В удалении от жилого балка (10 м) на береговой линии вне обустроенном для стоянки месте находились два автомобиля, там же в 50 м от балка на берегу находились две моторные лодки под руль-мотором.
По факту выявленных нарушений административным органом в отношении заявителя был составлен протокол об административном правонарушении, на основании которого вынесено оспариваемое постановление о признании Учреждения виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 8.42 КоАП РФ, и назначении ему наказания в виде административного штрафа в размере 210 000 руб.
Суды, руководствуясь положениями статьи 65 Водного кодекса Российской Федерации, статьи 34 Федерального закона от 10.01.2002 №7-ФЗ «Об охране окружающей среды», статьи 50 Федерального закона от 20.12.2004 № 166-ФЗ «О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов», пришли к выводу о наличии в действиях Учреждения состава вменяемого административного правонарушения.
При этом суды исходили из того, что указанная в статье 50 Закона о рыболовсте обязанность по согласованию отдельных видов хозяйственной деятельности с федеральным органом исполнительной власти в области рыболовства предусматривает меры по сохранению водных биологических ресурсов в целях обеспечения охраны окружающей среды.
В отсутствие доказательств принятия Учреждением всех зависящих от него мер по недопущению выявленных нарушений, суды отказали ему в удовлетворении заявленного требования.
Верховный Суд РФ поддержал выводы судов, указав на то, что суды пришли к обоснованному выводу о наличии в действиях Общества состава вменяемого административного правонарушения.
В удовлетворении требования об отмене постановления о привлечении к ответственности по части 2 статьи 8.6 КоАП РФ за уничтожение плодородного слоя почвы отказано, поскольку установлен факт несоблюдения предпринимателем установленных действующим законодательством правил использования земель, следствием чего явилось причинение вреда в виде уничтожения плодородного слоя почвы.
Постановление Верховного Суда РФ от
25.11.2015 г. № 303-АД15-11385
Постановление АС ДВО от 28.05.2015
Постановление 5 ААС от 23.03.2015
Решение Арбитражного суда
Приморского края от 23.01.2015
по делу А51-33497/2014
Предприниматель обратился в арбитражный суд с заявлением о признании незаконным и отмене постановления Управления Федеральной службы по ветеринарному и фитосанитарному надзору по Приморскому краю и Сахалинской области (далее – административный орган) о привлечении к административной ответственности, предусмотренной частью 2 статьи 8.6 КоАП РФ с назначением наказания в виде административного штрафа в размере 20 000 рублей.
Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения постановлениями судов апелляционной и кассационной инстанций, в удовлетворении заявленных требований отказано.
Частью 2 статьи 8.6 КоАП РФ установлена административная ответственность за уничтожение плодородного слоя почвы, а равно за порчу земель в результате нарушения правил обращения с пестицидами и агрохимикатами или иными опасными для здоровья людей и окружающей среды веществами и отходами производства и потребления.
При проведении проверки использования земельного участка административным органом был выявлен факт выполнения работ по снятию и перемещению плодородного слоя почвы без разрешительных документов. Так, на площади 1,82 га был разработан карьер в виде котлована, с северной части которого присутствовали отвалы плодородного слоя почвы, перемешанного со скальным грунтом, глиной и песком, а с западной части плодородный слой почвы был перекрыт скальным грунтом.
В связи с выявленными нарушениями административным органом в адрес Предпринимателя было направлено предписание о проведении в определенный срок рекультивации нарушенного земельного участка с восстановлением плодородного слоя почвы и очисткой существующего плодородного слоя почвы.
На основании приказа административным органом проведена внеплановая выездная проверка по выполнению указанного предписания об устранении нарушений земельного законодательства, в ходе которой было выявлено, что рекультивация нарушенного земельного участка не произведена, плодородный слой почвы не восстановлен.
При проверке административным органом совместно с сотрудником Испытательной лаборатории федерального государственного бюджетного учреждения "Приморская межобластная ветеринарная лаборатория" были отобраны пробы почвы для исследования на агрохимические показатели. При исследовании образцов установлено, что содержание органического вещества в почве уменьшилось в 1,5 раза.
Выявленные нарушения послужили основанием для возбуждения дела об административном правонарушении, предусмотренном частью 2 статьи 8.6 КоАП РФ.
Согласно части 1 статьи 13 ЗК РФ в целях охраны земель собственники земельных участков, землепользователи, землевладельцы и арендаторы земельных участков обязаны в частности: проводить мероприятия по сохранению почв и их плодородия; ликвидации последствий загрязнения, в том числе биогенного загрязнения, и захламления земель; сохранению достигнутого уровня мелиорации; рекультивации нарушенных земель, восстановлению плодородия почв, своевременному вовлечению земель в оборот; сохранению плодородия почв и их использованию при проведении работ, связанных с нарушением земель.
В соответствии со статьей 42 ЗК РФ собственники и лица, не являющиеся собственниками земельных участков, обязаны использовать земельные участки в соответствии с их целевым назначением и принадлежностью к той или иной категории земель и разрешенным использованием, не допускать загрязнение, захламление, деградацию и ухудшение плодородия почв на землях соответствующих категорий.
Признав несоблюдение установленных действующим законодательством правил использования земель, следствием которого явилось причинение вреда в виде уничтожения плодородного слоя почвы, суды признали обоснованным привлечение предпринимателя к административной ответственности. При этом суды указали, что способ уничтожения плодородного слоя почвы для квалификации деяния по части 2 статьи 8.6 Кодекса правового значения не имеет.
Верховный Суд РФ поддержал выводы судов нижестоящих инстанций, указав на то, что суды пришли к обоснованному выводу о наличии в действиях предпринимателя состава вменяемого административного правонарушения.
В удовлетворении требования о признании незаконным и отмене постановления о привлечении к ответственности, предусмотренной частью 1 статьи 10.6 КоАП РФ, за нарушение правил карантина животных или других ветеринарно-санитарных правил отказано в связи с наличием в действиях учреждения состава вменяемого административного правонарушения.
Постановление Верховного Суда РФ от
15.12.2015 г. № 303-АД15-14220
Постановление АС ДВО от 15.07.2015
Постановление 5 ААС от 18.03.2015
Решение Арбитражного суда
Приморского края от 28.01.2015
по делу А51-27765/2014
Краевое государственное бюджетное учреждение "Спасская ветеринарная станция по борьбе с болезнями животных" (далее - Учреждение) обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании незаконным и отмене постановления Управления Федеральной службы по ветеринарному и фитосанитарному надзору по Приморскому краю и Сахалинской области (далее - административный орган) по делу об административном правонарушении о привлечении к административной ответственности, предусмотренной частью 1 статьи 10.6 КоАП.
Решением суда первой инстанции заявленное требование удовлетворено.
Постановлением суда апелляционной инстанции, оставленным без изменения постановлением суда кассационной инстанции, в удовлетворении заявленного требования отказано.
Частью 1 статьи 10.6 КоАП РФ предусмотрена административная ответственность за нарушение правил карантина животных или других ветеринарно-санитарных правил, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 настоящей статьи и влечет наложение административного штрафа на юридических лиц в размере от 10 000 до 20 000 рублей.
Как следовало из материалов дела и установлено судами, административным органом была проведена внеплановая выездная проверка по вопросу соблюдения ООО "Молочные продукты" (далее – Общество) ветеринарного законодательства при осуществлении деятельности.
В ходе проверки установлено, что Учреждением Обществу были выданы ветеринарные свидетельства.
Административным органом выявлены факты заполнения данных ветеринарных свидетельств с нарушениями требований ветеринарного законодательства, а именно: в ветеринарных свидетельствах в строке "в количестве" (мест, штук, кг, маркировка) не указана маркировка; в строке "продукция подвергнута дополнительным лабораторным исследованиям" отсутствует наименование лаборатории; в строке "особые отметки" указано что "Местность неблагополучна по ящуру свиней" при этом не указана дата и номер разрешения руководителя органа власти субъекта РФ в области ветеринарии на вывоз продукции за пределы территории неблагополучной по ящуру свиней; также в данной строке указано, что молоко пастеризовано, но не указан режим пастеризации.
Усмотрев в действиях Учреждения признаки состава административного правонарушения, ответственность за которое предусмотрена частью 1 статьи 10.6 КоАП РФ, административный орган составил протокол об административном правонарушении. По результатам рассмотрения материалов административного дела административным органом было вынесено о привлечении последнего к административной ответственности с назначением наказания в виде административного штрафа в размере 10 000 руб.
Верховный Суд РФ, оставляя без изменения судебные акты судов апелляционной и кассационной инстанций, указал на следующее.
В Российской Федерации отношения в области ветеринарии в целях защиты животных от болезней, выпуска безопасных в ветеринарном отношении продуктов животноводства и защиты населения от болезней, общих для человека и животных регулирует ветеринарное законодательство.
В соответствии с Федеральным законом Российской Федерации от 14.05.1993 № 4979-1 «О ветеринарии» (далее – Закон о ветеринарии) Минсельхоз России приказом от 16.11.2006 № 422 утвердил Правила организации работы по выдаче ветеринарных сопроводительных документов (далее - Правила № 422), устанавливающие порядок организации такой работы, обязательный для исполнения должностными лицами, уполномоченными осуществлять оформление и выдачу ветеринарных сопроводительных документов, юридическими лицами любой организационно-правовой формы и гражданами, занятыми содержанием, ловлей, добычей животных (в том числе птиц, рыб (других гидробионтов), пчел), а также производством, заготовкой, переработкой, перевозкой, хранением и реализацией продукции животного происхождения, кормов и кормовых добавок (пункт 1.1 Правил).
Согласно пункта 3.4 Правил № 422 ветеринарные сопроводительные документы, не соответствующие требованиям Правил № 422, а также заполненные разными чернилами, почерками, имеющие исправления, неясный оттиск печати, без печати, без подписи, без полного наименования должности, без указания фамилии, инициалов специалиста, подписавшего ветеринарный сопроводительный документ, без указания всех требуемых сведений, в т.ч. даты их выдачи, а также копии документов считаются недействительными.
В силу пункта 3.7 Правил № 422 в случае выявления нарушений порядка оформления и выдачи ветеринарных сопроводительных документов уполномоченные должностные лица принимают меры для привлечения виновных к ответственности.
Поскольку ветеринарные свидетельства подтверждают соответствие продукции животного происхождения требованиям, установленным ветеринарно-санитарными нормами и правилами, то выдача ветеринарных свидетельств с нарушением правил их оформления образует состав административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 10.6 КоАП РФ.
Оценив представленные доказательства в их совокупности и взаимной связи, установив факт нарушения учреждением пунктов 3.1, 3.2, 3.3 Правил № 422, руководствуясь положениями Закона о ветеринарии, Правилами № 422, суды пришли к обоснованному выводу о наличии в действиях Учреждения события и состава административного правонарушения, ответственность за которое предусмотрена частью 1 статьи 10.6 КоАП РФ, и вины в его совершении.
По аналогичному делу (А24-876/2015) Общество также было правомерно привлечено к административной ответственности, предусмотренной частью 1 статьи 10.6 КоАП РФ.
В удовлетворении требования об отмене постановления о привлечении к ответственности, предусмотренной частью 2 статьи 10.8 КоАП РФ за перевозку продуктов животноводства без ветеринарных сопроводительных документов отказано, поскольку судами установлено, что Обществом принят к экспедированию груз при отсутствии ветеринарных товаросопроводительных документов.
Постановление Верховного Суда РФ от
15.12.2015 г. № 303-АД15-13691
Постановление АС ДВО от 26.06.2015
Постановление 5 ААС от 20.03.2015
Решение Арбитражного суда
Приморского края от 03.02.2015
по делу А51-33073/2014
Общество обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании незаконным постановления Управления Федеральной службы по ветеринарному и фитосанитарному надзору по Приморскому краю и Сахалинской области (далее - Управление) по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 2 статьи 10.8 КоАП РФ.
Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения постановлениями судов апелляционной и кассационной инстанций, в удовлетворении заявленного требования отказано.
Частью 2 статьи 10.8 КоАП РФ предусмотрена административная ответственность за перевозку сельскохозяйственных животных и (или) продуктов животноводства без ветеринарных сопроводительных документов, и влечет наложение административного штрафа на юридических лиц в размере от 300 000 до 500 000 рублей.
Из материалов дела следовало, что должностными лицами Управления в ходе контрольно-проверочных мероприятий установлено, в г. Владивосток осуществлена перевозка железнодорожным транспортом в рефрижераторном контейнере груза, подконтрольного органам Госветнадзора - мясо птицы - Тушка цыпленка бройлера - на которую представлен ветеринарный сопроводительный документ таможенного союза - ветеринарный сертификат, сопровождавший указанную продукцию.
При осмотре контейнера, принадлежащего на праве собственности Обществу, и идентификации поступившего груза с предъявленными документами установлено, что фактически прибыло - "Мясо птицы. Тушка утенка потрошеная замороженная 1-го сорта".
Представителем собственника продукции в момент осуществления ветеринарного контроля представлен оригинал ветеринарного сопроводительного документа таможенного союза - ветеринарный сертификат на "Мясо птицы. Тушка цыпленка", на продукцию - "Мясо птицы. Тушка утенка" ветеринарные сопроводительные документы представлены не были.
В отношении Общества, являющегося грузоотправителем и грузополучателем товара, Управлением составлен протокол об административном правонарушении.
По результатам рассмотрения материалов административного дела было вынесено постановление, согласно которому Общество привлечено к административной ответственности в соответствии с частью 2 статьи 10.8 КоАП РФ и ему назначено наказание в виде штрафа в размере 300 000 рублей.
Оценив представленные доказательства в их совокупности и взаимной связи, установив нарушение Обществом ветеринарно-санитарных правил, выразившееся в отсутствии оригинала ветеринарного свидетельства при осуществлении перевозки тушки утенка, руководствуясь положениями Федерального закона от 14.05.1993 № 4979-1 "О ветеринарии", Федеральным законом от 30.06.2003 № 87-ФЗ "О транспортно-экспедиционной деятельности", Федеральным законом от 10.01.2003 № 18-ФЗ "Устав железнодорожного транспорта Российской Федерации", Положением о Едином порядке осуществления ветеринарного контроля на таможенной границе таможенного союза и на таможенной территории таможенного союза, утвержденным Решением Комиссии Таможенного союза от 18.06.2010 № 317 "О применении ветеринарно-санитарных мер в таможенном союзе", Правилами транспортно-экспедиционной деятельности, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 08.09.2006 № 554, приказом Министерства путей сообщения Российской Федерации от 18.06.2003 № 34 "Об утверждении Правил перевозок железнодорожным транспортом грузов, подконтрольных Госветнадзору", Правилами организации работы по выдаче ветеринарных сопроводительных документов, утвержденными приказом Минсельхоза России от 16.11.2006 № 422, Правилами перевозок железнодорожным транспортом скоропортящихся грузов, утвержденными приказом МПС России от 18.06.2003 № 37, суды пришли к выводу о том, что Общество, выступая в качестве экспедитора в отношениях с грузовладельцем и в качестве грузоотправителя в отношениях с перевозчиком (ОАО "РЖД"), должно было обеспечить надлежащее оформление товаросопроводительных документов, необходимых и достаточных для перемещения спорного груза в соответствии с установленными законодательством правилами, в связи с чем признали общество надлежащим субъектом административного правонарушения, ответственность за которое предусмотрена частью 2 статьи 10.8 КоАП РФ.
Верховный Суд РФ поддержал выводы судов нижестоящих инстанций, указал на то, что судами всесторонне, полно и объективно рассмотрено дело; состоявшиеся судебные акты сомнений в своей законности не вызывают, оснований для их отмены или изменения не усматривается.
В удовлетворении требования об отмене постановления о привлечении к административной ответственности, предусмотренной статьей 12.34 КоАП РФ, отказано, так как, установив, что заявитель является субъектом вмененного правонарушения, суды пришли к выводу о наличии в действиях заявителя события и состава административного правонарушения.
Постановление Верховного Суда РФ от
20.11.2015 г. № 303-АД15-12085
Постановление АС ДВО от 22.07.2015
Постановление 5 ААС от 14.05.2015
Решение Арбитражного суда
Приморского края от 26.03.2015
по делу А51-35251/2014
Муниципальное казенное учреждение Уссурийского городского округа "Служба единого заказчика - застройщика" (далее - Учреждение) обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании незаконным и отмене постановления Отдела Министерства внутренних дел Российской Федерации по городу Уссурийску (далее - административный орган) о привлечении к административной ответственности, предусмотренной статьей 12.34 КоАП РФ с назначением наказания в виде административного штрафа в размере 300 000 рублей.
Согласно статье 12.34 КоАП РФ несоблюдение требований по обеспечению безопасности дорожного движения при ремонте и содержании дорог, железнодорожных переездов или других дорожных сооружений либо непринятие мер по своевременному устранению помех в дорожном движении, запрещению или ограничению дорожного движения на отдельных участках дорог в случае, если пользование такими участками угрожает безопасности дорожного движения влечет наложение административного штрафа на юридических лиц – 300 000 рублей.
Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения постановлениями судов апелляционной и кассационной инстанций, в удовлетворении заявления отказано.
Как установлено судами и подтверждено материалами дела, в ходе обследования улично-дорожной сети нескольких улиц в городе Уссурийске в присутствии двух свидетелей были составлены акты выявленных недостатков в содержании дорог, дорожных сооружений и технических средств организации дорожного движения, а именно: на всем протяжении улиц снежный накат, местами гололедица, пешеходные дорожки не очищены от снега, сужение проезжей части из-за валов снега, чем нарушены условия обеспечения безопасности дорожного движения и требования к эксплуатационному состоянию автомобильной дороги, предусмотренные пунктом 3 ГОСТа Р 50597-93.
По результатам административного расследования составлен протокол об административном правонарушении, на основании которого вынесено постановление о привлечении Учреждения к административной ответственности по статье 12.34 КоАП РФ с назначением административного штрафа в размере 300 000 рублей.
Верховный Суд РФ, оставляя судебные акты нижестоящих судов без изменения, указал на следующее.
Объективную сторону указанного административного правонарушения составляют действия (бездействие) юридических и физических лиц, выразившиеся в несоблюдении (нарушении) требований по обеспечению безопасности дорожного движения при ремонте и содержании дорог и иных дорожных сооружений либо непринятие мер по своевременному устранению угрожающих безопасности дорожного движения помех.
Суды, руководствуясь положениями ФЗ РФ от 10.12.1995 № 196-ФЗ «О безопасности дорожного движения», ФЗ РФ от 06.10.2003 № 131-ФЗ «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации», ФЗ РФ от 08.11.2007 № 257-ФЗ «Об автомобильных дорогах и о дорожной деятельности в Российской Федерации», ГОСТом Р 50597-93 «Государственный стандарт Российской Федерации. Автомобильные дороги и улицы. Требования к эксплуатационному состоянию, допустимому по условиям обеспечения безопасности дорожного движения", утвержденным постановлением Госстандарта России от 11.10.1993 N 221, пришли к выводу о наличии в действиях Учреждения события и состава административного правонарушения, ответственность за которое предусмотрена статьей 12.34 КоАП РФ. Порядок и сроки привлечения к административной ответственности административным органом соблюдены. Оснований для применения положений статьи 2.9 КоАП РФ судами не установлено. Порядок и сроки привлечения к административной ответственности административным органом соблюдены. Оснований для применения положений статьи 2.9 КоАП РФ судами не установлено.
Аналогичные дела (А51-35544/2014, А51-1000/2015, А51-6951/2015) были рассмотрены Верховным Судом РФ, постановлениями по которым заявителям также было отказано в удовлетворении требований о признании незаконным и отмене постановлений Отдела Министерства внутренних дел Российской Федерации по городу Уссурийску о привлечении муниципального казенного учреждения к административной ответственности, предусмотренной статьей 12.34 КоАП РФ, поскольку в действиях последнего содержался состав правонарушения.
В удовлетворении требования о привлечении к ответственности по ч. 2 ст. 14.1 КоАП РФ за выполнение работ по установке противопожарных дверей лицом, не имеющим лицензии на данный вид деятельности отказано в связи с отсутствием в действиях учреждения состава административного правонарушения.
Постановление Верховного Суда РФ от
05.10.2015 г. № 303-АД15-11696
Постановление АС ДВО от 03.06.2015
Постановление 5 ААС от 19.02.2015
Решение Арбитражного суда
Сахалинской области от 24.11.2014
по делу А59-4164/2014
Сахалинский транспортный прокурор (далее - Прокурор) обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении негосударственного некоммерческого образовательного учреждения (далее - Учреждение) к административной ответственности, предусмотренной частью 2 статьи 14.1 КоАП РФ.
Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения постановлениями судов апелляционной и кассационной инстанций, в удовлетворении требований отказано.
Учреждение обратилось в Верховный Суд РФ с жалобой на постановления судов апелляционной и кассационной инстанций, в которой выразило несогласие с мотивировочной частью обжалуемых судебных актов о наличии в действиях Учреждения состава вменяемого административного правонарушения.
Согласно части 2 статьи 14.1 КоАП РФ осуществление предпринимательской деятельности без специального разрешения (лицензии), если такое разрешение (такая лицензия) обязательно (обязательна), - влечет наложение административного штрафа на юридических лиц - от 40 000 до 50 000 рублей с конфискацией изготовленной продукции, орудий производства и сырья или без таковой.
Как установлено судами, в ходе проверки соблюдения Учреждением требований законодательства о лицензировании отдельных видов деятельности в сфере обеспечения безопасности на транспорте прокуратурой выявлен факт осуществления Учреждением образовательной деятельности, подлежащей обязательному лицензированию, без специального разрешения (лицензии). Так, проверкой установлено, что в отсутствие соответствующей лицензии Учреждение на основании договора, заключенного с компанией проводило обучение производственного персонала компании и ее подрядных организаций по сертифицированной программе.
Суд первой инстанции, отказывая прокурору в удовлетворении заявления, исходил из того, что обучение по спорным программам имеет продолжительность менее 16 часов, поэтому они не относятся к образовательным программам и деятельность по их реализации не подлежит лицензированию.
Суд апелляционной инстанции, пришел к иным выводам. Судом указано, что как организация, осуществляющая данный вид деятельности, Учреждение должно разработать образовательные программы повышения квалификации в соответствии с предъявляемыми лицензионными требованиями, в том числе, по срокам освоения программ, и оказывать данную деятельность на основании лицензии.
Поскольку Учреждение осуществляло спорную образовательную деятельность, подлежащую обязательному лицензированию, без специального разрешения (лицензии), суд апелляционной инстанции пришел к выводу о наличии в действиях Учреждения состава административного правонарушения, ответственность за которое установлена частью 2 статьи 14.1 КоАП РФ.
Вместе с тем, установив истечение установленного частью 1 статьи 4.5 КоАП РФ срока давности привлечения Учреждения к административной ответственности, на момент рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции, оставил без изменения решение суда первой инстанции об отказе в удовлетворении заявленного требования.
Суд округа поддержал позицию апелляционного суда.
Верховный Суд РФ согласился с выводами судов нижестоящих инстанций, указав на то, что суды пришли к обоснованному выводу о наличии в действиях Общества состава вменяемого административного правонарушения.
Поскольку все юридически значимые обстоятельства при рассмотрении дела об административном нарушении, имеющие существенное значение для разрешения спора, установлены судами на основании полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств, которым дана надлежащая правовая оценка, оснований для удовлетворения жалобы Учреждения и отмены или изменения обжалуемых судебных актов не имеется.
В удовлетворении требования о привлечении к ответственности по ч. 4 ст. 14.1 КоАП РФ за осуществление предпринимательской деятельности с грубым нарушением условий, предусмотренных специальным разрешением (лицензией) отказано, поскольку деяния Общества не образуют объективную сторону состава правонарушения, предусмотренного ч. 4 ст. 14.1 КоАП РФ; деяние образует объективную сторону правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 14.43 КоАП РФ.
Постановление Верховного Суда РФ от
28.09.2015 г. № 303-АД15-11223
Постановление АС ДВО от 10.06.2015
Постановление 5 ААС от 13.03.2015
Решение Арбитражного суда
Сахалинской области от 28.01.2014
по делу А59-5365/2014
Министерство здравоохранения Сахалинской области (далее - Министерство) обратилось в арбитражный суд с заявлением о привлечении Общества к административной ответственности, предусмотренной частью 4 статьи 14.1 КоАП РФ.
Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения постановлениями судов апелляционной и кассационной инстанций, в удовлетворении требований отказано.
Из материалов дела усматривалось, что Министерством проведена плановая выездная и документарная проверка по вопросу соблюдения Обществом лицензионных требований при осуществлении фармацевтической деятельности, в ходе которой выявлен ряд нарушений.
В отношении Общества Министерством был составлен протокол об административном правонарушении, ответственность за которое предусмотрена частью 4 статьи 14.1 КоАП РФ.
Согласно части 4 статьи 14.1 КоАП РФ осуществление предпринимательской деятельности с грубым нарушением условий, предусмотренных специальным разрешением (лицензией), влечет наложение административного штрафа на юридических лиц от 40 000 до 50 000 рублей или административное приостановление деятельности на срок до 90 суток.
Суды, руководствуясь положениями Федерального закона от 12.04.2010 № 61-ФЗ "Об обращении лекарственных средств", Федерального закона от 04.05.2011 N 99-ФЗ "О лицензировании отдельных видов деятельности", Федерального закона от 30.03.1999 № 52-ФЗ "О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения", пунктом 6 Положения о лицензировании фармацевтической деятельности, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 22.12.2011 № 1081, Порядком проведения санитарно-эпидемиологических экспертиз, обследований, исследований, испытаний и токсикологических, гигиенических и иных видов оценок и Порядком выдачи санитарно-эпидемиологических заключений, утвержденными приказом Роспотребнадзора от 19.07.2007 № 224, Порядком отпуска лекарственных средств и Порядком хранения лекарственных средств, утвержденными приказами Минздравсоцразвития от 14.12.2005 № 785 и от 23.08.2010 № 706н соответственно, пришли к выводу о том, что Министерство неправильно квалифицировало совершенные Обществом нарушения в части хранения лекарственных средств.
Суды трех инстанций указали, что совершенное Обществом нарушение квалифицируется по части 1 статьи 14.43 КоАП РФ, а не по части 4 статьи 14.1 Кодекса.
Кроме того, ссылаясь на пункт 8 Постановления Пленума ВАС РФ от 02.06.2004 № 10 "О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях" и на пункт 20 Постановления Пленума ВС Суда РФ от 24.03.2005 № 5 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях", судебные инстанции указали на то, что суд не вправе переквалифицировать действия на другую статью в связи с тем, что это ухудшает положение привлекаемого лица.
Верховный Суд РФ поддержал выводы судов нижестоящих судебных инстанций, оставил оспариваемые судебные акты без изменения, указав на то, что все изложенные государственным органом доводы являлись предметом рассмотрения судов и получили соответствующую правовую оценку, с которой нет оснований не согласиться.
Кроме того, несогласие административного органа с выводами судебных инстанций не свидетельствует о том, что судами допущены существенные нарушения КоАП РФ и (или) предусмотренные им процессуальные требования, не позволившие всесторонне, полно и объективно рассмотреть дело.
В удовлетворении требования об отмене постановления о привлечении к ответственности, предусмотренной частью 2 статьи 14.8 КоАП РФ отказано, поскольку факт совершения правонарушения подтвержден материалами дела.
Постановление Верховного Суда РФ от
22.12.2015 г. № 303-АД15-14824
Постановление 5 ААС от 27.07.2015
Решение Арбитражного суда
Камчатского края от 22.06.2014
по делу А24-1484/2015
Акционерное общество "Российский Сельскохозяйственный банк" (далее - Банк) обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании незаконным и отмене постановления Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Камчатскому краю (далее - административный орган) о привлечении Банка к административной ответственности, предусмотренной частью 2 статьи 14.8 КоАП РФ с назначением наказания в виде административного штрафа в размере 10 000 рублей.
Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда, в удовлетворении заявленного требования отказано.
В суде округа дело не рассматривалось.
Частью 2 статьи 14.8 КоАП РФ предусмотрена административная ответственность за включение в договор условий, ущемляющих установленные законом права потребителя и влечет наложение административного штрафа на юридических лиц от 10 000 до 20 000 рублей.
Основанием для привлечения Банка к административной ответственности послужили выводы административного органа, основанные на результатах плановой выездной проверки по выполнению требований действующего законодательства, в том числе требований Закона РФ от 07.02.1992 № 2300-1 «О защите прав потребителей», в типовые формы кредитных договоров по программам кредитования физических лиц на потребительские цели, ипотечного жилищного кредитования, а также в договоры поручительства условия, ущемляющие установленные законом права потребителя.
В отношении Банка был составлен протокол об административном правонарушении и по результатам рассмотрения материалов дела об административном правонарушении вынесено оспариваемое постановление о признании последнего виновным в совершении административного правонарушения.
Суды, отказывая в удовлетворении заявленного требования и, руководствуясь положениями ГК РФ, Законом Российской Федерации от 07.02.1991 N 2300-1 "О защите прав потребителей", Федеральным законом от 02.12.1990 N 395-1 "О банках и банковской деятельности", Федеральным законом от 21.12.2013 N 353-ФЗ "О потребительском кредите (займе)", положением Центрального банка Российской Федерации от 31.08.1998 N 54-П "О порядке предоставления (размещения) кредитными организациями денежных средств и их возврата (погашения)", пришли к выводу о том, что включение в кредитный договор (договор поручительства) условия, предусматривающего право кредитора (банка) списать сумму кредита, начисленных процентов и неустойки с любого счета заемщика в безакцептном (бесспорном) порядке без предварительного уведомления об этом заемщика или поручителя не соответствует подпункту 4 пункта 3.1 Положения N 54-П, Федеральному закону от 21.12.2013 N 353-ФЗ, нарушает право клиента беспрепятственно распоряжаться этими средствами и позволяет банку определять и контролировать направления использования денежных средств клиента и устанавливать ограничения его права распоряжаться денежными средствами по своему усмотрению, то есть нарушает положения частей 2, 3 статьи 845 ГК РФ, и включение Банком указанных условий в заключаемые им кредитные договоры, а также их типовые формы, является ущемлением прав потребителей. Кроме того, неустойка в размере 10 МРОТ за каждый факт неисполнения или ненадлежащего исполнения договора или договора поручительства физического лица, которая фактически является штрафной санкцией за непредоставление по требованию Банка указанных в договоре документов, действующим законодательством не предусмотрена. Также суды признали противоречащими действующему законодательству Российской Федерации условия договора поручительства физического лица о согласии безусловно отвечать за должника не только как это установлено договором, но и в случае изменения в будущем обязательств должника по договору, влекущего увеличение ответственности или иные неблагоприятные последствия для поручителя, при том условии, что изменение этих условий договора возможно как по соглашению кредитора и должника, заключенного между ними без участия (согласия) поручителя, так и в одностороннем порядке кредитором, когда такое право ему предоставлено договором.
С учетом изложенного суды пришли к выводу о наличии в действиях Банка события и состава правонарушения, ответственность за которое предусмотрена частью 2 статьи 14.8 КоАП РФ.
Верховный Суд РФ поддержал выводы судов нижестоящих инстанций, указав на то, что суды пришли к обоснованному выводу о наличии в действиях Банка состава вменяемого административного правонарушения.
Требование об отмене постановления о привлечении к ответственности, предусмотренной частью 3 статьи 14.16 КоАП РФ за нарушение иных правил розничной продажи алкогольной и спиртосодержащей продукции удовлетворено, поскольку установлено, что расстояние от входа в муниципальное бюджетное дошкольное образовательное учреждение до входа в стационарный торговый объект магазина общества составляет 168,05 метра, соответственно, административным органом не доказана вина общества во вменяемом ему административном правонарушении.
Постановление Верховного Суда РФ от
24.12.2015 г. № 303-АД15-16400
Постановление 5 ААС от 27.08.2015
Решение Арбитражного суда
Приморского края от 17.07.2015
по делу А51-11147/2015
Общество обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании незаконным и отмене постановления Департамента лицензирования и торговли Приморского края (далее – Департамент) о привлечении к административной ответственности по части 3 статьи 14.16 КоАП РФ и назначении административного наказания - штрафа в размере 50 000 рублей.
Решением суда первой инстанции в удовлетворении заявления Общества отказано.
Постановлением апелляционного суда решение суда первой инстанции отменено; оспариваемое постановление признано незаконным и отменено.
В суде округа дело не рассматривалось.
Департамент обратился в Верховный Суд РФ с жалобой на постановление суда апелляционной инстанции, ссылаясь на нарушение судом норм права.
Суды установили, что Департаментом Обществу была выдана лицензия на осуществление розничной продажи алкогольной продукции.
На основании приказа Департамента в отношении Общества в магазине была проведена внеплановая выездная проверка с целью проверки исполнения предписания об устранении нарушений лицензионных требований, в ходе которой установлено, что в нарушение лицензионных требований, установленных пунктом 2 статьи 16, статьями 19 и 26 Федерального закона от 22.11.1995 № 171-ФЗ "О государственном регулировании производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции и об ограничении потребления (распития) алкогольной продукции" и Постановлением администрации Новолитовского сельского поселения от 28.10.2014 № 99 "О внесении изменений в постановление администрации Новолитовского сельского поселения от 15.10.2013 № 97 "Об определении границ прилегающих к некоторым организациям и объектам территорий, на которых не допускается розничная продажа алкогольной продукции на территории Новолитовского сельского поселения", Общество осуществляет розничную продажу алкогольной продукции в магазине, который находится в границах прилегающих территорий - рядом с дошкольным образовательным учреждением - детским садом.
По факту выявленного нарушения Департаментом составлен протокол по делу об административном правонарушении и по результатам рассмотрения материалов дела об административном правонарушении вынесено постановление о привлечении Общества к административной ответственности, предусмотренной частью 3 статьи 14.16 КоАП РФ с назначением наказания в виде штрафа в размере 50 000 рублей.
Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявления, пришел к выводу о том, что в действиях Общества имеются признаки состава административного правонарушения, предусмотренного частью 3 статьи 14.16 КоАП РФ, исходя из того, что магазин Общества расположен на территории в границах, прилегающих к муниципальному бюджетному дошкольному образовательному учреждению, где не допускается розничная продажа алкогольной продукции.
Суд апелляционной инстанции удовлетворил требование заявителя, признав незаконным и отменив оспариваемое постановление Департамента ввиду следующего.
Розничная продажа алкогольной продукции отнесена к числу лицензируемых видов деятельности (часть 2 статьи 18 Закона от 29.12.2015 № 171-ФЗ "О государственном регулировании производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции и об ограничении потребления (распития) алкогольной продукции").
Общество осуществляет розничную реализацию алкогольной продукции на основании лицензии Департамента лицензирования и торговли Приморского края.
При этом перед выдачей лицензии, по требованию Департамента, с участием уполномоченного по защите прав предпринимателей в Приморском крае, помощника прокурора Партизанского района Приморского края были проведены контрольные измерения соответствия минимального расстояния, на которых не допускается розничная продажа алкоголя.
Актом проведения контрольных измерений установлено, что расстояние от входа в муниципальное бюджетное дошкольное образовательное учреждение до входа в стационарный торговый объект магазина Общества составляет 168,05 метров.
Учитывая, что согласно пункту 1 статьи 6 Закона N 171-ФЗ к полномочиям органов государственной власти субъектов Российской Федерации относится выдача лицензий на розничную продажу алкогольной продукции, ведение государственной регистрации выданных лицензий, лицензий, действие которых приостановлено, и аннулированных лицензий; осуществление лицензионного контроля за розничной продажей алкогольной продукции, Общество на дату проведения проверки осуществляло реализацию алкогольной продукции на основании действующей лицензии, действие которой на момент проверки не было приостановлено или аннулировано.
Таким образом, в рассматриваемом случае с учетом обстоятельств дела, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о недоказанности Департаментом вины Общества во вменяемом ему административном правонарушении, предусмотренном частью 3 статьи 14.16 КоАП РФ.
Верховный Суд РФ поддержал выводы суда апелляционной инстанции, постановление суда апелляционной инстанции оставил без изменения, жалобу департамента – без удовлетворения.
Требование об отмене постановления о привлечении к ответственности, предусмотренной частью 5 статьи 15.25 КоАП РФ за невыполнение резидентом в установленный срок обязанности по возврату в РФ денежных средств, уплаченных нерезидентам за непоставленный товар удовлетворено в связи с отсутствием в действиях Общества состава вменяемого правонарушения.
Постановление Верховного Суда РФ от
15.07.2015 г. № 303-АД15-7243
Постановление АС ДВО от 28.10.2015
Постановление 5 ААС от 19.08.2015
Решение Арбитражного суда
Приморского края от 20.06.2014
по делу А51-10815/2014
Общество обратилось в арбитражный суд с заявлением к Территориальному управлению Федеральной службы финансово-бюджетного надзора в Приморском крае (далее – административный орган) о признании незаконным и отмене постановления по делу об административном правонарушении, которым Общество привлечено к административной ответственности за совершение правонарушения, предусмотренного частью 5 статьи 15.25 КоАП РФ с назначением наказания в виде административного штрафа в размере 6 829 803 рубля 47 копеек.
Решением суда первой инстанции в удовлетворении заявленных требований отказано.
Постановлением суда апелляционной инстанции, оставленным без изменения постановлением суда кассационной инстанции, решение отменено, оспариваемое постановление административного органа признано незаконным.
Частью 5 статьи 15.25 КоАП РФ предусмотрено наступление административной ответственности за невыполнение резидентом в установленный срок обязанности по возврату в Российскую Федерацию денежных средств, уплаченных нерезидентам за не ввезенные в Российскую Федерацию товары, невыполненные работы, неоказанные услуги либо за непереданные информацию или результаты интеллектуальной деятельности, в том числе исключительные права на них и влечет наложение административного штрафа на юридических лиц в размере от трех четвертых до одного размера суммы денежных средств, не возвращенных в Российскую Федерацию.
При рассмотрении дела судами было установлено, что оспариваемым постановлением административного органа Общество привлечено к административной ответственности, предусмотренной частью 5 статьи 15.25 КоАП РФ за нарушение требований пункта 2 части 1 статьи 19 Федерального закона от 10.12.2003 N 173-ФЗ "О валютном регулировании и валютном контроле". Нарушение выразилось в необеспечении Обществом возврата в Российскую Федерацию уплаченных по внешнеторговому контракту компании-нерезиденту "NEXEN TIRE CORPORATION" Республика Корея 293 791 долларов США за непоставленный товар.
Признавая оспариваемое постановление незаконным, суды апелляционной и кассационной инстанций, руководствуясь положениями Закона о валютном регулировании, пришли к выводу об отсутствии в действиях Общества состава вменяемого правонарушения.
Верховный Суд РФ поддержал выводы судов апелляционной и кассационной инстанций, указал на то, что судами всесторонне, полно и объективно рассмотрено дело; состоявшиеся судебные акты сомнений в своей законности не вызывают, оснований для их отмены или изменения не усматривается.
В удовлетворении требований об отмене судебных актов о привлечении к административной ответственности, предусмотренной частью 1 статьи 16.9 КоАП РФ, за недоставку, выдачу (передачу) без разрешения таможенного органа либо утрату товаров или недоставку документов на них отказано, поскольку состав правонарушения доказан, процедура и сроки привлечения к административной ответственности не нарушены.
Постановление Верховного Суда РФ от
27.11.2015 г. № 303-АД15-12286
Постановление АС ДВО от 02.06.2015
Постановление 5 ААС от 09.02.2015
Решение Арбитражного суда
Приморского края от 08.12.2014
по делу А51-27988/2014
Общество обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании незаконным постановления таможенного органа о привлечении к административной ответственности по части 1 статьи 16.9 КоАП РФ.
Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения постановлениями судов апелляционной и кассационной инстанций, в удовлетворении заявления отказано.
Частью 1 статьи 16.9 КоАП РФ предусмотрена ответственность за недоставку товаров, перевозимых в соответствии с таможенным транзитом, в место доставки, а равно выдачу (передачу) без разрешения таможенного органа либо утрату товаров, находящихся под таможенным контролем, в виде административного штрафа на юридических лиц - от 300 000 до 500 000 рублей с конфискацией товаров, явившихся предметами административного правонарушения, или без таковой.
Как следовало из материалов дела, на таможенную территорию Таможенного союза в зону деятельности таможенного поста "Морской порт "Владивосток" на теплоходе в адрес разных получателей прибыл контейнер с товаром - мототехника в количестве 15 единиц, размещенный на временное хранение на территории постоянной зоны таможенного контроля (далее – ПЗТК ОАО «ВМТП»).
На основании коносаментов с отметками таможенного органа о выпуске товаров по декларациям несколько единиц мототехники были выданы с ПЗТК ОАО "ВМТП" в соответствии с таможенной процедурой "выпуск для внутреннего потребления".
По результатам документарной проверки таможней было установлено, что вышеуказанные товары таможней под таможенные процедуры не помещались, о чем составлен акт таможенного осмотра помещений и территорий, а указанные в коносаментах декларации поданы в таможенный орган в отношении других товаров другими декларантами. Отметки таможенного органа "вывоз разрешен" в коносаментах к декларациям отсутствуют, как и подписи должностного лица таможенного органа на личных номерных печатях.
Поскольку Общество допустило выдачу товара, находящегося в контейнере без разрешения таможни, последняя вынесла определение о возбуждении дела об административном правонарушении и проведении административного расследования.
В ходе административного производства таможней проведена комплексная экспертиза, которой установлено, что печати на разрешениях на выдачу товаров с ПЗТК ОАО "ВМТП" и образцы личной номерной печати выполнены разными печатными формами.
Усмотрев в действиях Общества признаки состава административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 16.9 КоАП РФ, таможня составила протокол об административном правонарушении и вынесла постановление по делу об административном правонарушении, которым привлекла Общество к административной ответственности с назначением наказания в виде административного штрафа в размере 300 000 рублей.
Суды, отказывая Обществу в удовлетворении заявленных требований и, признавая постановление административного органа законным и обоснованным, пришли к выводу о доказанности таможней факта совершения заявителем вмененного административного правонарушения, его вины и соблюдении процедуры привлечения к административной ответственности.
Установив все фактические обстоятельства по делу, в том числе связанные с отсутствием доказательств того, что лицом, ответственным за хранение товаров во временной зоне таможенного контроля - Обществом не были приняты достаточные меры по соблюдению таможенного законодательства и не была проявлена должная осмотрительность при проверке документов, предъявленных лицом, совершившим действия по перемещению товаров в иную зону, с учетом положений статьи 2.1 КоАП РФ, суды признали правомерным оспариваемое постановление о привлечении Общества к административной ответственности по части 1 статьи 16.9 КоАП РФ.
Верховный Суд РФ поддержал выводы судов апелляционной и кассационной инстанций, указал на то, состоявшиеся судебные акты сомнений в своей законности не вызывают, оснований для их отмены или изменения не усматривается.
Размер назначенного штрафа является минимальным, предусмотренным санкцией части 1 статьи 16.9 КоАП РФ, оспариваемое постановление вынесено уполномоченным лицом в пределах установленного статьей 4.5 КоАП РФ срока давности привлечения к административной ответственности.
В удовлетворении требования об отмене постановления таможенного органа о привлечении к административной ответственности по статье 16.15 КоАП РФ за непредставление в таможенный орган отчетности отказано, поскольку состав правонарушения доказан, процедура и сроки привлечения к административной ответственности не нарушены, наказание назначено в установленных пределах.
Постановление Верховного Суда РФ от
31.08.2015 г. № 303-АД15-9894
Постановление 5 ААС от 10.06.2015
Решение Арбитражного суда
Приморского края от 01.04.2014
по делу А51-33237/2014
Общество обратилось в арбитражный суд с заявлением к таможенному органу о признании незаконным и отмене постановления о привлечении Общества к административной ответственности, предусмотренной статьей 16.15 КоАП РФ.
Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения постановлением суда апелляционной инстанции, Обществу отказано в удовлетворении заявленных требований.
В суде округа дело не рассматривалось.
Согласно статье 16.15 КоАП РФ непредставление или нарушение срока представления в таможенный орган отчетности в случаях, предусмотренных таможенным законодательством Таможенного союза и (или) законодательством Российской Федерации о таможенном деле, либо представление отчетности, содержащей недостоверные сведения, - влечет предупреждение или наложение административного штрафа на юридических лиц - от 20 000 до 50 000 рублей.
Как усматривалось из материалов дела, Приказом таможни на территории Общества создана постоянная зона таможенного контроля. Обществу выдано генеральное разрешение на временное хранение товаров в иных местах временного хранения, согласно которому разрешено осуществлять временное хранение товаров (без помещения товаров на склад временного хранения) в месте разгрузки и перегрузки (перевалки) товаров в пределах территории морского порта, в постоянной зоне таможенного контроля, созданной на территории Общества в соответствии с разрешением.
В дальнейшем Обществом была предоставлена в таможенный орган отчетность, формируемая при выдаче товара с территории ПЗТК, по форме ДО2 N 0001571, с указанием сведений о хранении товаров на основании разрешения таможни.
В ходе проведенной Приморской транспортной прокуратурой совместно с таможенным органом проверки соблюдения Обществом требований действующего законодательства в деятельности ПЗТК было установлено, что отчетность ДО2 N 0001571 содержит недостоверные сведения – ссылку на номер недействующего разрешения таможенного органа.
Указанные обстоятельства послужили основанием для проведения административного расследования, по итогам которого таможенным органом в отношении Общества был составлен протокол об административном правонарушении и вынесено постановление о привлечении Общества к административной ответственности по статье 16.15 КоАП РФ с назначением наказания в виде штрафа в размере 20 000 рублей.
Верховный Суд РФ согласился с выводами судов нижестоящих инстанций, судебные акты по делу оставил без изменения в силу следующего.
Суды, оценив представленные в материалы дела доказательства и установив, что являясь лицом, осуществляющим временное хранение товаров в ином месте хранения (ПЗТК), а также руководствуясь положениями статей 26, 167, 168 Таможенного кодекса ТС, положениями Федерального закона от 27.11.2010 N 311-ФЗ "О таможенном регулировании в Российской Федерации", Порядком представления документов и сведений в таможенный орган при помещении товаров на склад временного хранения (иные места временного хранения товаров), помещения (выдачи) товаров на склад временного хранения (со склада) иные места временного хранения, представления отчетности о товарах, находящихся на временном хранении, а также порядка и условий выдачи разрешения таможенного органа на временное хранение товаров в иных местах", утвержденным приказом ФТС России от 29.12.2012 N 2688, положениями статьи 1.5, части 2 статьи 2.1, статей 2.9, 4.1, 4.5, 16.15 КоАП РФ, пришли к правильному выводу о наличии в действиях Общества состава административного правонарушения, предусмотренного статьей 16.15 КоАП РФ.
Установив все обстоятельства, имеющие существенное значение для разрешения спора, суды признали правомерным оспариваемое постановление таможенного органа и отказали Обществу в удовлетворении заявленных требований.
Обжалуя указанные судебные акты в Верховный Суд РФ, Общество приводит доводы об отсутствии в его действиях состава вмененного ему административного правонарушения, поскольку отчетность формируется автоматически специальной программой, в связи с чем Общество не имело возможности исправить сведения о дате и номере разрешении таможни.
Вместе с тем указанные доводы являлись предметом рассмотрения судов и получили надлежащую правовую оценку применительно к установленным фактическим обстоятельствам дела относительно наличия у владельца СВХ обязанности соблюдать установленный порядок представления отчетности в таможенный орган при помещении товаров на СВХ или их выдаче с СВХ, с указанием достоверных сведений. При этом при формировании спорной отчетности Общество видело факт отражения в этой отчетности недостоверных сведений и имело возможность их исправить, однако осознавая, что в отчетности будут заявлены недостоверные сведения, не представило в таможенный орган одновременно с этой отчетностью пояснений относительно сведений о реквизитах нового разрешения таможни и о наличии технической невозможности указать эти сведения в спорной отчетности.
Поскольку все обстоятельства, имеющие существенное значение для разрешения спора, установлены судами на основании полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств и им дана надлежащая правовая оценка, оснований для удовлетворения жалобы Общества и отмены или изменения обжалуемых судебных актов не имеется.
Размер назначенного административного штрафа является минимальным, предусмотренным санкцией статьи 16.15 КоАП РФ, а оспариваемое постановление вынесено в пределах установленного статьей 4.5 КоАП РФ срока давности привлечения к административной ответственности.
По аналогичному делу (А51-33227/2014) Верховный Суд РФ также согласился с выводами судов нижестоящих инстанций, оспариваемые судебные акты оставил без изменения.
В удовлетворении требования об отмене актов о привлечении к ответственности, предусмотренной частью 2 статьи 16.2 КоАП РФ за заявление при таможенном декларировании товаров недостоверных сведений о классификационном коде отказано, поскольку факт совершения административного правонарушения подтвержден материалами дела, порядок привлечения к административной ответственности не нарушен, наказание назначено в пределах санкции статьи.
Постановление Верховного Суда РФ от
07.09.2015 г. № 303-АД15-6689
Постановление АС ДВО от 04.03.2015
Постановление 5 ААС от 24.12.2014
Решение Арбитражного суда
Приморского края от 23.10.2014
по делу А51-22209/2014
Общество обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании незаконными и отмене постановления Уссурийской таможни (далее – таможня) о привлечении к административной ответственности, предусмотренной частью 1 статьи 16.2 КоАП РФ и решения Дальневосточной оперативной таможни (далее - таможенный орган) по жалобе на указанное постановление таможни.
Решением суда первой инстанции заявленные Обществом требования удовлетворены в полном объеме.
Постановлением суда апелляционной инстанции, оставленным без изменения постановлением суда кассационной инстанции, решение отменено.
Согласно части 1 статьи 16.2 КоАП РФ недекларирование по установленной форме товаров, подлежащих таможенному декларированию, за исключением случаев, предусмотренных статьей 16.4 настоящего Кодекса, влечет наложение административного штрафа на юридических лиц в размере от одной второй до двукратного размера стоимости товаров, явившихся предметами административного правонарушения, с их конфискацией или без таковой либо конфискацию предметов административного правонарушения.
Постановлением таможни Общество было привлечено к административной ответственности, предусмотренной частью 1 статьи 16.2 КоАП РФ с назначением наказания в виде административного штрафа в размере 823 162 рублей 74 копеек в связи с выявлением в ходе таможенного досмотра факта ввоза на таможенную территорию Российской Федерации товара, который не был задекларирован Обществом в установленном законом порядке.
Суд первой инстанции, удовлетворяя требования заявителя, пришел к выводу о недоказанности таможней факта совершения Обществом вменяемого административного правонарушения, также указал, что после принятия таможней решения об отказе в выпуске товара таможенная декларация уже не является документом, свидетельствующим о фактах, имеющих юридическое значение.
Суд апелляционной инстанции, установив все фактические обстоятельства, имеющие существенное значение при рассмотрении дела об административном правонарушении, в том числе связанные с представлением Обществом в таможню декларации на товары, в которой не была задекларирована часть ввезенного товара, руководствуясь положениями статей 150, 174, 179, 181, 189, 190 Таможенного кодекса Таможенного союза, части 1 статьи 16.2 КоАП РФ, пришел к выводу о наличии в действиях Общества состава административного правонарушения, ответственность за которое установлена частью 1 статьи 16.2 КоАП РФ.
Вместе с тем, суд апелляционной инстанции, принимая во внимание, что факт недекларирования спорного товара Обществом не оспаривался, а также, то, что Общество не предприняло всех зависящих от него мер по соблюдению той степени заботливости и осмотрительности, которая необходима для соблюдения таможенного законодательства, признал правомерным оспариваемое постановление таможни.
Поскольку оспариваемое постановление таможни является правомерным, суд апелляционной инстанции признал правомерным и решение таможенного органа об оставлении без удовлетворения жалобы общества на постановление таможни.
На основании изложенного суд апелляционной инстанции отменил решение суда первой инстанции и отказал Обществу в удовлетворении заявленных требований в полном объеме.
Окружной суд согласился с указанными выводами и оставил без изменения постановление апелляционного суда.
Верховный Суд РФ поддержал выводы судов апелляционной и кассационной инстанций, оставил оспариваемые судебные акты без изменения, указав на то, что все изложенные таможней доводы являлись предметом рассмотрения судов и получили соответствующую правовую оценку, с которой нет оснований не согласиться.
Оспариваемое постановление вынесено таможней в пределах установленного статьей 4.5 КоАП РФ срока давности привлечения к административной ответственности, а размер назначенного штрафа соответствует санкции, предусмотренной частью 1 статьи 16.2 КоАП РФ.
Поскольку все обстоятельства, имеющие существенное значение для разрешения спора, были установлены судами на основании полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств и им была дана надлежащая правовая оценка, оснований для удовлетворения жалобы Общества и отмены или изменения обжалуемых судебных актов не имеется.
В удовлетворении требования об оспаривании постановления о привлечении к административной ответственности, предусмотренной частью 3 статьи 16.2 КоАП РФ отказано, так как факт совершения указанного правонарушения подтверждается собранными по делу доказательствами.
Постановление Верховного Суда РФ от
20.10.2015 г. № 303-АД15-10060
Постановление 5 ААС от 06.05.2015
Решение Арбитражного суда
Приморского края от 16.03.2015
по делу А51-347/2015
Предприниматель обратился в арбитражный суд с заявлением о признании незаконным и отмене постановления таможенного органа по делу об административном правонарушении о привлечении к административной ответственности, предусмотренной частью 3 статьи 16.2 КоАП РФ с назначением наказания в виде административного штрафа в размере 100 000 рублей.
Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения постановлением суда апелляционной инстанции, предпринимателю отказано в удовлетворении заявленных требований.
В суде округа дело не рассматривалось.
Согласно части 3 статьи 16.2 КоАП РФ заявление декларантом или таможенным представителем при таможенном декларировании товаров недостоверных сведений о товарах либо представление недействительных документов, если такие сведения или документы могли послужить основанием для несоблюдения установленных международными договорами государств - членов Таможенного союза, решениями Комиссии Таможенного союза и нормативными правовыми актами Российской Федерации, изданными в соответствии с международными договорами государств - членов Таможенного союза, запретов и ограничений, - влечет наложение административного штрафа на юридических лиц - от 100 000 до 300 000 рублей с конфискацией товаров, явившихся предметами административного правонарушения, или без таковой либо конфискацию предметов административного правонарушения.
Основанием для привлечения предпринимателя к административной ответственности послужил выявленный в ходе таможенного контроля факт заявления предпринимателем в ДТ недостоверных сведений о разрешительном документе, подтверждающем соблюдение установленных запретов и ограничений при ввозе на территорию Таможенного союза товара, задекларированного в указанной ДТ.
Суды, оценив представленные в материалы дела доказательства и установив, что указанная в ДТ и представленная таможенному органу одновременно с названной ДТ в качестве разрешительного документа, подтверждающего соответствие продукции требованиям ГОСТов декларация соответствия, не распространяет свое действие на ввезенный предпринимателем на территорию Таможенного союза товар, пришли к выводу о наличии в действиях последнего состава административного правонарушения.
Установив все фактические обстоятельства по делу, в том числе связанные с соблюдением таможенным органом процедуры привлечения предпринимателя к административной ответственности, суды признали правомерным оспариваемое постановление таможенного органа о привлечении предпринимателя к административной ответственности и отказали ему в удовлетворении заявленных требований.
Верховный Суд РФ поддержал выводы нижестоящих судов, оставив состоявшиеся по делу судебные акты без изменения, жалобу предпринимателя – без удовлетворения.
Поскольку все обстоятельства, имеющие существенное значение для разрешения спора, установлены судами на основании полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств и им дана надлежащая правовая оценка, оснований для удовлетворения жалобы предпринимателя и отмены или изменения обжалуемых судебных актов не имеется.
Факт совершения правонарушения и вина предпринимателя подтверждены собранными по делу доказательствами, срок давности и процедура привлечения к ответственности не нарушены. Оспариваемым постановлением предпринимателю назначен штраф в размере, допустимом санкцией части 3 статьи 16.2 КоАП РФ.
В удовлетворении требования об отмене постановления о привлечении к административной ответственности, предусмотренной частью 1 статьи 18.1 КоАП РФ за нарушение режима Государственной границы Российской Федерации отказано, поскольку факт совершения правонарушения подтвержден материалами дела, порядок и срок давности привлечения к ответственности не нарушены.
Постановление Верховного Суда РФ от
08.10.2015 г. № 303-АД15-12062
Постановление АС ДВО от 10.07.2015
Постановление 5 ААС от 24.03.2015
Решение Арбитражного суда
Камчатского края от 05.02.2015
по делу А24-5108/2014
Общество обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании незаконным и отмене постановления федерального государственного казенного учреждения "Пограничное управление Федеральной службы безопасности Российской Федерации по Камчатскому краю" (далее - административный орган) о привлечении к административной ответственности, предусмотренной частью 1 статьи 18.1 КоАП РФ с назначением наказания в виде административного штрафа в размере 400 000 рублей.
Решением суда первой инстанции Обществу отказано в удовлетворении заявления; применив положения части 2 статьи 1.7 Кодекса, суд признал постановление административного органа не подлежащим исполнению.
Постановлением суда апелляционной инстанции, оставленным без изменения постановлением суда кассационной инстанции, решение отменено в части признания не подлежащим исполнению постановления административного органа.
Частью 1 статьи 18.1 КоАП РФ установлена административная ответственность за нарушение правил пересечения Государственной границы Российской Федерации лицами и (или) транспортными средствами либо нарушение порядка следования таких лиц и (или) транспортных средств от Государственной границы РФ до пунктов пропуска через Государственную границу РФ и в обратном направлении, за исключением случаев, предусмотренных статьей 18.5 названного Кодекса, в виде наложения на юридических лиц административного штрафа от 400 000 до 800 000 рублей.
Из материалов дела усматривалось, что находящееся в собственности Общества судно пересекло линию государственной границы Российской Федерации, осуществив вход в территориальное море Российской Федерации из исключительной экономической зоны Российской Федерации в Северо-Курильской зоне (6103) в нарушение пространственных и временных пределов действия разрешения на неоднократное пересечение государственной границы Российской Федерации серии 11/НП N 001509 от 25.03.2014, в котором в качестве районов ведения промысла указан, в том числе район 6104 Южно-Курильской зоны.
Признавая постановление административного органа не подлежащим исполнению, суд первой инстанции исходил из того, что частью 21 статьи 9 Закона Российской Федерации от 01.04.1993 № 4730-1 "О Государственной границе Российской Федерации" (в редакции Федерального закона от 31.12.2014 № 504-ФЗ), вступившей в силу с 11.01.2015, то есть после привлечения общества к административной ответственности, изменены правила неоднократного пересечения Государственной границы Российской Федерации для российских судов, убывающих из российских портов или морских терминалов в целях торгового мореплавания, в том числе в исключительной экономической зоне и (или) на континентальном шельфе Российской Федерации, с последующим прибытием в российские порты или морские терминалы.
Установив все обстоятельства, имеющие существенное значение для рассмотрения дела об административном правонарушении, суды апелляционной и кассационной инстанций признали правомерным оспариваемое постановление административного органа.
Верховный Суд РФ поддержал выводы нижестоящих судов, оставив состоявшиеся по делу судебные акты без изменения, жалобу Общества – без удовлетворения ввиду следующего.
Согласно действующей редакции части 21 статьи 9 Закона о государственной границе, необходимыми условиями для возможности неоднократного пересечения Государственной границы РФ без прохождения пограничного (таможенного) контроля является оснащение судна средствами технического контроля, позволяющими передавать информацию о местоположении судна, а также направление соответствующего уведомления в органы пограничного контроля о намерении пересечь Государственную границу.
Следовательно, вышеуказанные условия являются обязательными при пересечении Государственной границы без прохождения пограничного (таможенного) контроля российскими судами.
При рассмотрении настоящего спора суды апелляционной и кассационной инстанций исходили из того, что уведомления, подаваемые капитаном судна, содержат сведения о факте пересечения Государственную границу РФ, однако уведомлений о намерении пересечь Государственной границы РФ Обществом в пограничные органы не подавалось.
Таким образом, применительно к установленным фактическим обстоятельствам дела судами апелляционной и кассационной инстанций сделан правильный вывод о том, что действия Общества образуют объективную сторону административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 18.1 Кодекса.
Поскольку все юридически значимые обстоятельства установлены судами на основании полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств и им дана надлежащая правовая оценка, оснований для удовлетворения жалобы общества и отмены или изменения обжалуемых судебных актов не имеется.
Аналогичные дела (А59-5093/2014, А24-5107/2014, А24-5110/2014,
А24-5105/2014) были рассмотрены Верховным Судом РФ, постановлениями по которым в удовлетворении требований о признании незаконными и отмене постановлений пограничного управления по делам о привлечении к административной ответственности, предусмотренной частью 1 статьи 18.1 КоАП РФ заявителям также было отказано.
В удовлетворении требования о признании незаконным и отмене постановления о привлечении к административной ответственности, предусмотренной частью 8 статьи 19.5 КоАП РФ за невыполнение в установленный срок законных требований лиц, уполномоченных на осуществление государственного ветеринарного контроля, об устранении нарушений ветеринарно-санитарных требований и правил отказано, поскольку факт совершения административного правонарушения подтвержден материалами дела.
Постановление Верховного Суда РФ от
20.10.2015 г. № 303-АД15-10411
Постановление АС ДВО от 08.05.2015
Постановление 5 ААС от 26.01.2015
Решение Арбитражного суда
Камчатского края от 30.11.2014
по делу А24-4894/2014
Кооператив обратился в арбитражный суд с заявлением к Управлению Федеральной службы по ветеринарному и фитосанитарному надзору по Камчатскому краю и Чукотскому автономному округу (далее - административный орган) о признании незаконным и отмене постановления о привлечении к административной ответственности, предусмотренной частью 8 статьи 19.5 КоАП РФ с назначением административного наказания в виде штрафа в размере 200 000 рублей.
Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения постановлениями судов апелляционной и кассационной инстанций, кооперативу отказано в удовлетворении заявленных требований.
Частью 8 статьи 19.5 КоАП РФ установлена административная ответственность за невыполнение в установленный срок законных требований лиц, уполномоченных на осуществление государственного ветеринарного контроля (надзора) об устранении нарушений ветеринарно-санитарных требований и правил и влечет наложение административного штрафа на юридических лиц - от 200 000 до 500 000 рублей.
Как было установлено судами, основанием для привлечения кооператива к указанной административной ответственности послужило неисполнение последним в установленный срок предписания, выданного в целях устранения допущенных нарушений санитарно-ветеринарного законодательства, которые были выявлены в ходе внеплановой выездной проверки. В частности, кооперативом не исполнены пункты 1, 2, 3 предписания: не оборудован дезбарьер при въезде на территорию предприятия; не оборудованы дезковрики при входе в животноводческие помещения; не оборудован санпропускник; не огорожена территория фермы.
Суды, установив неисполнение кооперативом в установленный срок требований названных пунктов предписания административного органа об устранении нарушений санитарно-ветеринарного законодательства, пришли к выводу о наличии в действиях кооператива состава административного правонарушения, ответственность за которое установлена частью 8 статьи 19.5 КоАП РФ, а оспариваемое постановление административного органа правомерным.
Верховный Суд РФ поддержал выводы нижестоящих судебных инстанций, оставив оспариваемые судебные акты без изменения.
Доводы кооператива об отсутствии в его действиях состава вмененного ему административного правонарушения, а также об отсутствии у сотрудников административного органа компетенции для рассмотрения дел административном правонарушении, предусмотренном частью 8 статьи 19.5 КоАП РФ, являлись предметом рассмотрения судов и получили надлежащую правовую оценку, в том числе относительно требований пунктов 1, 2, 3 предписания, законность которых была проверена судами с учетом распространяющихся на кооператив положений Санитарных правил для животноводческих предприятий, утвержденных Главным государственным санитарным врачом СССР от 31.12.1987 N 4542-87, Правил проведения дезинфекции и дезинвазии объектов государственного надзора, утвержденных Министерством сельского хозяйства Российской Федерации от 15.07.2002 N 13-5-2/0525, Ветеринарно-санитарных правил для предприятий (комплексов) по производству молока на промышленной основе, утвержденных 27.12.1978 заместителем Главного государственного санитарного врача СССР за N 1955-78 и начальником Главного управления ветеринарии Министерства сельского хозяйства СССР за N 115-6-а.
Поскольку суды установили все юридически значимые обстоятельства совершения административного правонарушения, квалифицировав действия кооператива в соответствии с установленными обстоятельствами и требованиями Кодекса, оснований для удовлетворения жалобы кооператива и отмены или изменения обжалуемых судебных актов не имеется.
2. Споры, возникающие из гражданских правоотношений.
2.1. Постановления (определения) апелляционной инстанции отменены (изменены).
Требование о взыскании задолженности по договору аренды земельного участка и пеней удовлетворено, поскольку в период, указанный в иске, у ответчика имеелась задолженность по арендной плате, размер которой определен истцом на основании постановления администрации от 19.03.2009 N 71-ПА с учетом повышающих коэффициентов, расчет долга ответчиком не оспорен.
Определение Верховного Суда РФ от
27.08.2015 г. № 303-ЭС15-7877
Постановление ФАС ДВО от 17.04.2015
Постановление 5 ААС от 28.01.2015
Решение Арбитражного суда
Приморского края от 07.10.2014
по делу А51-19408/2014
Департамент земельных и имущественных отношений Приморского края (далее – Департамент) обратился в арбитражный суд с иском к Обществу о взыскании задолженности и пеней по арендной плате по договору аренды земельного участка.
Суд первой инстанции удовлетворил исковые требования в полном объеме.
Постановлением суда апелляционной инстанции, оставленным без изменения постановлением суда кассационной инстанции, решение было отменено, в иске отказано.
Из материалов дела следовало что, Управление муниципальной собственности г. Владивостока (арендодатель) и Общество (арендатор) заключили договор аренды земельного участка из земель поселений для использования его в целях строительства многофункционального здания на 3 года.
В дальнейшем по заявлению Общества Департамент распоряжением прекратил право аренды Общества по указанному договору и передал Обществу тот же земельный участок в аренду на 6 лет под объект незавершенного строительства (многофункциональное здание).
На основании данного распоряжения Департамент (арендодатель) и Общество (арендатор) заключили договор аренды того же земельного участка для использования "под объект незавершенного строительства (многофункциональное здание)".
Договором была установлена обязанность арендатора своевременно вносить арендную плату. Кроме того, предусмотрена ответственность арендатора за нарушение сроков внесения арендной платы в виде пеней в размере 0,1% от суммы просроченного платежа за каждый день просрочки.
Департамент земельных и имущественных отношений Приморского края, являющийся правопреемником Департамента земельных отношений, государственного строительного надзора и контроля в области долевого строительства, направил Обществу письмо, в котором, ссылаясь на статью 65 ЗК РФ, статью 450 ГК РФ, Постановления администрации Приморского края от 19.03.2009 № 71-ПА "О порядке определения размера арендной платы, а также порядке, условиях и сроках внесения арендной платы за использование земельных участков, и сроках внесения арендной платы за использование земельных участков, государственная собственность на которые не разграничена, на территории Приморского края" (далее - Постановление администрации от 19.03.2009 № 71-ПА), от 30.12.2010 № 437-ПА "О результатах государственной кадастровой оценки земель населенных пунктов Приморского края" (далее - постановление администрации от 30.12.2010 № 437-ПА), уведомил его об изменении размера арендной платы по договору и приложил расчет арендной платы на 2014 год, и сообщил о необходимости погасить имеющуюся задолженность по арендной плате.
Суд первой инстанции, установив факт ненадлежащего исполнения Обществом в спорный период обязательств по своевременному внесению арендной платы, руководствуясь статьями 309, 310, 606, 614, 330 ГК РФ, статьей 65 ЗК РФ и признав правильным расчет арендной платы, основанный на указанных нормативных правовых актах, удовлетворил иск и взыскал с Общества задолженность и пени.
Суд апелляционной инстанции, отменяя решение суда первой инстанции и отказывая Департаменту в иске, исходил из того, что размер арендной платы за земельные участки, относящиеся к публичной собственности, в том числе муниципальной собственности субъектов Российской Федерации, а также к землям, государственная собственность на которые не разграничена, не может быть выше ставок, установленных для федеральных земель Постановлением Правительства РФ от 16.07.2009 № 582 "Об основных принципах определения арендной платы при аренде земельных участков, находящихся в государственной или муниципальной собственности, и о Правилах определения размера арендной платы (далее – Правила), а также порядка, условий и сроков внесения арендной платы за земли, находящиеся в собственности Российской Федерации" (далее - Постановление № 582).
Подпунктом "д" пункта 3 Правил, а также порядка, условий и сроков внесения арендной платы за земли, находящиеся в собственности Российской Федерации, утвержденных Постановлением № 582, предусмотрено, что при предоставлении земельного участка в аренду для строительства, арендная плата не может превышать 2% от кадастровой стоимости земельного участка.
Считая, что договор аренды заключен в связи с переоформлением ранее заключенного договора аренды, и спорный участок предоставлен Обществу для строительства с предварительным согласованием места размещения объекта, апелляционный суд пришел к выводу, поддержанному судом кассационной инстанции о том, что задолженность по арендной плате за указанный в иске период необходимо рассчитывать исходя из 2% от кадастровой стоимости спорного земельного участка.
Судебная коллегия по экономическим спорам ВС РФ, отменяя судебные акты судов апелляционной и кассационной инстанций, и оставляя в силе решение суда первой инстанции, указала на следующее.
В том случае, если размер арендной платы за некоторые виды пользования земельными участками, находящимися в публичной собственности, установлен федеральными законами, например Федеральным законом от 25.10.2001 № 137-ФЗ "О порядке введения в действие Земельного кодекса Российской Федерации", при определении размера арендной платы подлежат применению положения федеральных законов. Спор по настоящему делу не связан с применением ставок арендной платы, установленных федеральным законом.
В спорный период порядок определения арендной платы за земельные участки, государственная собственность на которые не разграничена, на территории Приморского края определялся на основании Постановления администрации от 19.03.2009 № 71-ПА с учетом повышающих коэффициентов, установленных решениями Думы города Владивостока от 24.11.2009 № 396 и от 19.06.2013 № 124 для земельных участков, на которых строительство административных и офисных зданий ведется до пяти лет и свыше пяти лет.
Поскольку спорный земельный участок находится в городе Владивостоке на территории Приморского края и относится к землям, государственная собственность на которые не разграничена, то вывод судов апелляционной и кассационной инстанций о том, что размер арендной платы подлежал определению по правилам, установленным Постановлением № 582 для федеральных земель, а не на основании Постановления администрации от 19.03.2009 № 71-ПА, действовавшего в период указанный в иске, является ошибочным.
Постановление № 582 подлежит применению в отношении земель, государственная собственность на которые не разграничена, а также земель федеральной собственности, собственности субъекта Российской Федерации и муниципальной собственности в части утвержденных этим Постановлением основных принципов определения арендной платы при аренде земельных участков, находящихся в государственной или муниципальной собственности. Утвержденные этим Постановлением Правила определения размера арендной платы подлежат применению только к земельным участкам, находящимся в собственности Российской Федерации, их действие не распространяется на отношения, связанные с использованием земель, находящихся в собственности субъектов Российской Федерации, муниципальных образований, а также земель, государственная собственность на которые не разграничена.
Суд первой инстанции, установив, что в период, указанный в иске, у ответчика имелась задолженность по арендной плате, размер которой определен истцом на основании Постановления администрации от 19.03.2009 № 71-ПА с учетом повышающих коэффициентов, установленных решениями Думы города Владивостока от 24.11.2009 № 396 и от 19.06.2013 № 124, и расчет долга ответчиком не оспорен, правомерно удовлетворил исковые требования Департамента.
В удовлетворении требования о замене должника по исполнительному листу по делу о расторжении договора подряда и взыскании убытков, возникших в результате некачественного выполнения работ по договору отказано, поскольку в период рассмотрения дела судом и на момент выдачи исполнительного листа участником процесса - истцом и должником по исполнительному листу являлось общество. Задолженность общества в виде судебных издержек, возникшая в 2013 году, не могла быть передана в 2011 году по разделительному балансу, поскольку на тот момент не существовала.
Определение Верховного Суда РФ от
02.11.2015 г. № 303-ЭС15-5172
Постановление АС ДВО от 02.02.2015
Постановление 5 ААС от 24.10.2015
Определение Арбитражного суда
Приморского края от 26.08.2014
по делу А51-4754/2011
Закрытое акционерное общество (далее – общество «Юником-ДВ», истец) обратилось в арбитражный суд с иском о расторжении договора подряда и взыскании с общества с ограниченной ответственностью (далее – ООО «Дальстальконструкция», ответчик) убытков.
Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения постановлением суда апелляционной инстанции, в удовлетворении иска отказано.
Окружной суд отменил судебные акты нижестоящих судов и направил дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.
В результате повторного рассмотрения дела решением суда первой инстанции, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда, в удовлетворении иска отказано.
Постановлением суда кассационной инстанции судебные акты отменены и дело снова направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.
При новом рассмотрении дела решением суда, оставленным без изменения постановлениями апелляционного и кассационного судов, в удовлетворении иска отказано. С истца в пользу ответчика взысканы судебные издержки за проведение экспертизы. На взыскание судебных издержек 26.11.2013 был выдан исполнительный лист.
Впоследствии ответчик обратился в суд с заявлением о замене в порядке статьи 48 АПК РФ истца - должника ЗАО «Юником-ДВ» по исполнительному листу (в связи с ликвидацией) на его правопреемника - ЗАО "Юником-Восток".
Определением суда первой инстанции, оставленным без изменения судами апелляционной и кассационной инстанций, по результатам рассмотрения заявления ответчика произведена замена должника в порядке процессуального правопреемства.
Суды, производя процессуальную замену истца - общества "Юником-ДВ" на общество "Юником-Восток" в порядке статьи 48 АПК РФ, руководствовались положениями статей 58, 59 ГК РФ и пунктом 22 постановления Пленума ВАС РФ от 18.11.2003 № 19 "О некоторых вопросах применения Федерального закона "Об акционерных обществах" и исходили из того, что общество "Юником-ДВ" ликвидировано, а его правопреемниками в результате реорганизации юридического лица в форме выделения являются обещство "Юником-Восток" и общество "Юником-Запад", разделительный баланс, заверенный налоговым органом, и приемосдаточный акт, содержащий информацию о передаче одному из правопреемников задолженности отсутствуют, в связи с чем ответчик как кредитор вправе самостоятельно выбрать правопреемника.
Судебная коллегия по экономическим спорам ВС РФ, изучив материалы дела, пришла к выводу о необходимости отменить состоявшиеся судебные акты и принять по делу новый судебный акт по следующим основаниям.
В силу статей 57, 58 ГК РФ правопреемство возможно при реорганизации юридического лица (слияние, присоединение, разделение, выделение, преобразование).
Ликвидация юридического лица в соответствии со статьей 61 ГК РФ влечет его прекращение без перехода в порядке универсального правопреемства его прав и обязанностей к другим лицам.
Истец по настоящему делу - общество "Юником-ДВ" прекратил существование в результате ликвидации без перехода в порядке правопреемства прав и обязанностей к другим лицам.
Реорганизация названного юридического лица состоялась в 2011 году, в результате которой образовалось три юридических лица: путем выделения образовалось два новых юридических лица - общество "Юником-Восток" и общество "Юником-Запад" и продолжило существовать общество "Юником-ДВ".
Согласно выписке из ЕГРЮЛ по состоянию на 2011 год общество "Юником-ДВ" на момент подачи иска находилось в стадии реорганизации в форме выделения (с созданием в результате реорганизации двух новых юридических лиц - обществ "Юником-Восток" и "Юником-Запад" и продолжением деятельности общества "Юником-ДВ" после завершения реорганизации).
В материалах дела отсутствуют доказательства того, что обязательства, вытекающие из договора подряда, были переданы обществом "Юником-ДВ" в 2011 году при реорганизации вновь созданным юридическим лицам.
В период рассмотрения дела судом и на момент выдачи исполнительного листа участником процесса - истцом и должником по исполнительному листу являлось общество "Юником-ДВ". Задолженность общества "Юником-ДВ" в виде судебных издержек, возникшая в 2013 году, не могла быть передана в 2011 году по разделительному балансу, поскольку на тот момент не существовала.
В удовлетворении требования в части взыскания убытков и расходов по государственной пошлине отказано, так как, предъявив ранее иск о взыскании убытков, истец реализовал свое право на их возмещение и получил судебную защиту своего нарушенного права вследствие неправомерных действий должностных лиц по передаче имущества, поэтому право на взыскание заявленных в данном деле убытков, возникших вследствие того же нарушения, отсутствует.
Определение Верховного Суда РФ от
01.09.2015 г. № 303-ЭС15-5226
Постановление АС ДВО от 10.02.2015
Постановление 5 ААС от 07.11.2015
Решение Арбитражного суда
Камчатского края от 25.08.2014
по делу А24-2619/2014
Общество обратилось в арбитражный суд с иском к Российской Федерации в лице Министерства обороны Российской Федерации (далее - Министерство) о взыскании 39 145 105 рублей 59 копеек убытков, в том числе 7 024 000 рублей затрат на судоподъем и буксировку плавучего дока ТПД - 43, 15 681 198 рублей неустойки, уплаченной по договору поставки металлолома, 16 439 907 рублей 59 копеек неполученных доходов (упущенной выгоды).
Иск обоснован тем, что по вине должностных лиц войсковых частей, находящихся в ведении Министерства, произошла утрата принадлежащего Обществу имущества - затонувшего и поднятого силами истца плавучего дока ТПД - 43. В этой связи Общество понесло убытки, связанные с оплатой стоимости судоподъема и буксировки плавсредства и невозможностью исполнения обязательств перед третьими лицами по реализации неразделанного смешанного металлолома от ТПД-43, а также получения дохода от его продажи. Поэтому убытки в заявленных суммах должны быть компенсированы за счет Российской Федерации в лице Министерства на основании статей 15, 16, 886, 887, 901, 902, 1064, 1069, 1082 ГК РФ.
Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения постановлениями судов апелляционной и кассационной инстанций, исковое требование удовлетворено частично: с Российской Федерации в лице Министерства за счет казны Российской Федерации в пользу Общества взыскано 23 439 907 рублей 59 копеек убытков, в удовлетворении остальной части иска отказано.
Удовлетворяя частично исковое требование, суды исходили из того, что материалами дела была подтверждена утрата (затопление) имущества Общества по вине должностных лиц войсковых частей, не обеспечивших сохранность поднятого плавучего дока, подлежащего реализации истцом как неразделанного смешанного лома. Поэтому с Российской Федерации подлежат взысканию убытки в виде потерь истца от невозможности реализации лома по договору поставки, заключенному с третьим лицом, а также частично неустойки, уплаченной по данному договору, в общей сумме 23 439 907 руб. 59 коп. Во взыскании убытков, составляющих стоимость подъема и буксировки плавучего дока, отказано, так как данные затраты истца не связаны с противоправными действиями ответчика, и не подпадают под понятие убытков с позиции статьи 15 ГК РФ. Помимо этого, истцу отказано в возмещении убытков в виде части уплаченной неустойки на основании статьи 1083 ГК РФ, поскольку Общество собственным бездействием способствовало их возникновению.
Судебная коллегия по экономическим спорам ВС РФ, изучив материалы дела, пришла к выводу о необходимости отменить состоявшиеся судебные акты в части взыскания убытков и расходов по государственной пошлине по следующим основаниям.
Согласно статье 1069 ГК РФ, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.
Судами установлено, что вред был причинен Обществу в результате незаконных действий должностных лиц Министерства по передаче имущества по договору купли-продажи, не обеспечивших надлежащее его хранение. Убытки, связанные с неправомерными действиями должностных лиц, определены судом в размере 720 092 рублей 41 копейки.
Предъявив ранее иск (дело № А24-4294/2012) о взыскании убытков, размер которых, как и в настоящем деле, определяется стоимостью утраченного предмета купли-продажи, Общество реализовало свое право на их возмещение и получило судебную защиту своего нарушенного права вследствие неправомерных действий должностных лиц министерства по передаче имущества. Поэтому право на взыскание заявленных в данном деле убытков, возникших вследствие того же нарушения, отсутствует.
Дело о взыскании неосновательного обогащения направлено на новое рассмотрение, так как спорный земельный участок относится к земельным участкам, государственная собственность на которые не разграничена, в настоящем деле при определении размера арендной платы надлежит руководствоваться постановлением субъекта РФ, которое принято в пределах полномочий субъекта, и в установленном законом порядке не оспорено.
Определение Верховного Суда РФ от
21.09.2015 г. № 303-ЭС15-6224
Постановление АС ДВО от 01.04.2015
Постановление 5 ААС от 29.01.2015
Решение Арбитражного суда
Приморского края от 13.11.2014
по делу А51-14102/2014
Общество обратилось в арбитражный суд с иском к Департаменту земельных и имущественных отношений Приморского края (далее - Департамент) о взыскании 487 665 руб. 74 копеек неосновательного обогащения и процентов за пользование чужими денежными средствами с сентября 2013 по день фактической оплаты долга, исходя из ставки рефинансирования ЦБ РФ в размере 8,25% годовых.
Требования были основаны на положениях статей 395, 1102, 1103 1107 ГК РФ, статей 22, 65 ЗК РФ, пункта 5 постановления Правительства РФ от 16.07.2009 № 582 «Об основных принципах определения арендной платы при аренде земельных участков, находящихся в государственной или муниципальной собственности, и о Правилах определения размера арендной платы, а также порядка, условий и сроков внесения арендной платы за земли, находящиеся в собственности Российской Федерации» (далее - постановление от 16.07.2009 № 582), приказа Минэкономразвития России от 18.06.2013 № 347 «Об утверждении ставок арендной платы в отношении земельных участков, находящихся в собственности Российской Федерации и предоставленных (занятых) для размещения тепловых станций, обслуживающих их сооружений и объектов» (далее - приказ Минэкономразвития России от 18.06.2013 № 347) и мотивированы наличием переплаты аренды по спорному договору.
Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения судами апелляционной и кассационной инстанций, заявленные требования удовлетворены.
Как усматривалось из материалов дела, между Департаментом (арендодатель) и Обществом (арендатор) заключен договор аренды земельного участка из земель населенных пунктов, для использования в целях дальнейшей эксплуатации энергетического производственно-технологического комплекса, сроком на 5 лет.
Установлена арендная плата в размере 170 912 рублей 29 копеек в месяц.
В период действия договора аренды приказом Министерства экономического развития РФ от 18.06.2013 № 347 "Об утверждении ставок арендной платы в отношении земельных участков, находящихся в собственности Российской Федерации и предоставленных (занятых) для размещения тепловых станций, обслуживающих их сооружений и объектов" (далее - Приказ № 347) установлена предельная ставка в отношении земельных участков, находящихся в собственности Российской Федерации и предоставленных для размещения тепловых станций, обслуживающих их сооружений и объектов, в частности для расположенных в Приморском крае - в размере 6,12 рублей за 1 кв. метр.
Общество, полагая, что в силу указанных нормативных предписаний арендная плата за земельный участок должна взиматься в меньшем размере, чем он определен договором аренды, обратилось в Департамент с просьбой произвести перерасчет арендной платы, на что впоследствии получило ответ о невозможности применения предложенного истцом расчета размера арендной платы.
Удовлетворяя исковые требования, суды руководствовались положениями пункта 3 статьи 65 ЗК РФ, статьи 424 ГК РФ и исходили из того, что стоимость аренды государственной (муниципальной) земли относится к категории регулируемых цен, независимо от предусмотренного договором механизма изменения арендной платы новый размер арендной платы подлежит применению с даты вступления в силу соответствующего нормативного акта.
Пунктом 5 Правил определения размера арендной платы, а также порядка, условий и сроков внесения арендной платы за земли, находящиеся в собственности Российской Федерации, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 16.07.2009 № 582 (далее - Постановление № 582), предусмотрено, что арендная плата рассчитывается в соответствии со ставками арендной платы либо методическими указаниями по ее расчету, утвержденными Министерством экономического развития Российской Федерации, в том числе в отношении земельных участков, которые предоставлены (заняты) для размещения: трубопроводов и иных объектов, используемых в сфере тепло-, водоснабжения, водоотведения и очистки сточных вод.
Ввиду установления Приказом № 347 ставки арендной платы для земельных участков, предоставленных (занятых) для размещения тепловых станций, обслуживающих их сооружений и объектов, суды пришли к выводу о том, что с даты вступления в силу этого нормативного акта у арендатора возникло право внесения арендной платы в меньшем размере, чем это предусмотрено условиями договора аренды.
Установив, что в спорный период переплата по арендным платежам по договору аренды составила 487 665 рублей 74 копейки, суды взыскали с Департамента в пользу Общества эту сумму в качестве неосновательного обогащения, начислив на нее проценты за пользование чужими денежными средствами.
Судебная коллегия по экономическим спорам ВС РФ, отменяя состоявшиеся по делу судебные акты и направляя дело на новое рассмотрение, указала на следующее.
В силу пункта 3 статьи 65 ЗК РФ, действовавшего в спорный период, порядок определения размера арендной платы, порядок, условия и сроки внесения арендной платы за земли, находящиеся в собственности Российской Федерации, субъектов Российской Федерации или муниципальной собственности, устанавливаются соответственно Правительством Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления.
Пунктом 10 статьи 3 Федерального закона от 25.10.2001 № 137-ФЗ "О введении в действие Земельного кодекса Российской Федерации" (далее - Закон № 137-ФЗ) установлено, что порядок определения размера арендной платы, а также порядок, условия и сроки внесения арендной платы за использование земельных участков, государственная собственность на которые не разграничена, устанавливаются органами государственной власти субъектов Российской Федерации.
На территории Приморского края до 01.03.2015 действовало постановление администрации Приморского края от 19.03.2009 № 71-па "О порядке определения размера арендной платы, а также порядке, условиях и сроках внесения арендной платы за использование земельных участков, государственная собственность на которые не разграничена, на территории Приморского края" (далее - Постановление № 71-па).
Пункт 4 статьи 22 ЗК РФ (в редакции, действовавшей на момент возникновения спорных правоотношений) закрепил право Правительства Российской Федерации, устанавливать общие начала определения арендной платы при аренде земельных участков, находящихся в государственной или муниципальной собственности.
Так, Правительство Российской Федерации Постановлением № 582 утвердило основные принципы определения арендной платы при аренде земельных участков, находящихся в государственной или муниципальной собственности, которые не содержат требований о недопустимости установления ставок арендной платы за земельные участки, являющиеся собственностью субъекта Российской Федерации или муниципальной собственностью, а также за земельные участки, государственная собственность на которые не разграничена, выше ставок, установленных для земель федеральной собственности. Данным Постановлением № 582 не утверждалась единая методика расчета ставок арендной платы.
В силу пункта 1 Правил определения размера арендной платы, а также порядка, условий и сроков внесения арендной платы за земли, находящиеся в собственности Российской Федерации, утвержденных Постановлением № 582, содержащиеся в них предписания распространяются исключительно на земельные участки, находящиеся в собственности Российской Федерации и расположенные на территории Российской Федерации.
При расчете суммы неосновательного обогащения, составляющей переплату по арендным платежам за земельный участок, Обществом применена ставка арендной платы в размере 6,12 рублей за 1 кв. метр земельного участка, установленная Приказом № 347 в отношении земельных участков, находящихся в собственности Российской Федерации и предоставляемых (занятых) для размещения тепловых станций, обслуживающих их сооружений и объектов.
Однако, признавая такой расчет Общества обоснованным, суды не учли, что вышеназванным Приказом установлены ставки арендной платы за федеральные земельные участки.
Поскольку спорный земельный участок относится к земельным участкам, государственная собственность на которые не разграничена, при определении размера арендной платы надлежит руководствоваться Постановлением № 71-па, которое принято в пределах полномочий субъекта, определенных пунктом 10 статьи 3 Закона № 137-ФЗ.
По аналогичному делу (А51-14109/2014) судебные акты также были отменены как принятые с существенными нарушениями норм материального права, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.
Дело о взыскании за счет казны Российской Федерации убытков направлено на новое рассмотрение, так как в федеральную собственность объекты не приняты, фактически местная администрация пользовалась ими как своей собственностью.
Определение Верховного Суда РФ от
10.09.2015 г. № 303-ЭС15-4097
Постановление АС ДВО от 29.01.2015
Постановление 5 ААС от 27.10.2014
Решение Арбитражного суда
Приморского края от 25.08.2014
по делу А51-17486/2014
Администрация Партизанского городского округа (далее - Администрация) обратилась в арбитражный суд с иском к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Приморскому краю (далее - Минфин России) о взыскании 1 703 876 руб. 64 коп. убытков, возникших в связи с расходами по финансированию мероприятий по реструктуризации угольной промышленности.
Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения постановлениями судов апелляционной и кассационной инстанций, иск удовлетворен.
Как следовало из материалов дела и установлено судами, в рамках реализации мероприятий по реструктуризации угледобывающих предприятий на территории городского округа и в целях предупреждения подтопления микрорайона шахты "Нагорная" и загрязнения шахтовой водой реки "Тигровая", Минэнерго России построен единственный в Приморском крае водоотливной комплекс на горном отводе шахты "Нагорная" и безреагентные очистные сооружения для очистки самоизливающихся шахтных вод шахты "Углекаменская". До 2012 года финансирование эксплуатации данного объекта осуществляло Минэнерго России за счет межбюджетных трансфертов.
С января 2012 года выделение министерством средств на эксплуатацию природоохранных объектов из федерального бюджета прекратилось, в связи с чем, во избежание экологических катастроф, по результатам открытого аукциона между Администрацией (заказчиком) и Обществом (исполнителем) заключен муниципальный контракт, предметом которого является оказание исполнителем услуг по эксплуатации водоотливного комплекса на горном отводе шахты и очистных сооружений шахты; со стороны заказчика - создание необходимых условий оказания услуг, их приемка и оплата.
Также стороны согласовали общую стоимость услуг в сумме 5 320 000 рублей и оплату оказанных услуг ежемесячно после подписания акта выполненных работ в течение 10 дней.
В связи с исполнением указанного муниципального контракта в период сентября - декабря 2013 года затраты Администрации по эксплуатации объектов составили 1 703 876 рублей 64 копейки.
Полагая, что указанная сумма подлежит возмещению за счет средств федерального бюджета, поскольку расходы произведены без соответствующего финансового обеспечения, Администрация обратилась в арбитражный суд с настоящим иском.
Суды, удовлетворяя заявленное требование, руководствовались положениями Федерального закона от 06.10.2003 № 131-ФЗ "Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации", пунктами 2, 3 статьи 5 Федерального закона от 20.06.1996 № 81-ФЗ "О государственном регулировании в области добычи и использования угля, об особенностях социальной защиты работников угольной промышленности" (далее - Закон № 81-ФЗ), также указали, что понесенные расходы в силу действующего законодательства должны быть компенсированы за счет средств казны Российской Федерации.
Вместе с тем, судами сделан вывод, что водоотливной комплекс на горном отводе шахты "Нагорная" не перешел в муниципальную собственность Партизанского городского округа, у субъекта Российской Федерации - Приморского края не возникло права на обращение в Минфин России за предоставлением финансовой помощи из федерального бюджета для обеспечения функционирования вышеуказанного природоохранного объекта.
Судебная коллегия по экономическим спорам ВС РФ отменила судебные акты и направила дело на новое рассмотрение в силу следующих обстоятельств.
Согласно пункта 2 статьи 5 Закона № 81-ФЗ финансирование мероприятий по реструктуризации угольной промышленности осуществляется за счет средств федерального бюджета в соответствии с настоящим Федеральным законом, федеральным законом о федеральном бюджете на соответствующий год, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, а также собственных средств организаций по добыче (переработке) угля (горючих сланцев).
В соответствии с Указом Президента РФ от 12.05.2008 № 724 "Вопросы системы и структуры федеральных органов исполнительной власти" и постановлением Правительства Российской Федерации от 24.12.2004 № 840 "О перечне мероприятий по реструктуризации угольной промышленности и порядке их финансирования" (далее - постановление № 840) финансирование мероприятий осуществляется в пределах утвержденных объемов бюджетных ассигнований и лимитов бюджетных обязательств.
Согласно пункта 2 Правил предоставления межбюджетных трансфертов, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 13.07.2005 № 428 (далее – постановление № 428), предоставление межбюджетных трансфертов осуществляется Минэнерго России на основании сводной бюджетной росписи в пределах, утвержденных в установленном порядке лимитов бюджетных обязательств.
Пунктом 19 Постановления № 428 финансирование расходов по эксплуатации природоохранных объектов, переданных ликвидируемыми организациями угольной промышленности в муниципальную собственность, осуществляется при условии обеспечения защиты этими объектами территорий шахтерских городов и поселков. Оплата выполненных работ по обеспечению эксплуатации указанных природоохранных объектов осуществляется в соответствии с договорами, заключенными органами местного самоуправления шахтерских городов и поселков и исполнителями работ, сметами затрат на обеспечение эксплуатации этих объектов, утвержденными Федеральным агентством по энергетике, а также актами о выполнении работ и оказании услуг.
Письмом Федерального агентства по энергетике от 15.11.2006 применительно к пункту 19 постановления № 428 разъяснено, что при возникновении непредвиденных затрат по отдельным статьям сметы, утвержденной Росэнерго, и для обеспечения бесперебойной работы по эксплуатации водоотливных комплексов допускается оплата администрациями подрядчикам фактически выполненных объемов работ при условии, что суммарные затраты не превышают общих затрат, предусмотренных в смете на отчетный период.
Судебные акты были приняты без учета названных нормативных актов.
При рассмотрении дела суды ссылались на то, что природоохранные объекты не приняты в муниципальную собственность в силу отсутствия государственной регистрации права, произведенного в порядке, установленном Федеральным законом от 21.07.1997 № 122-ФЗ "О государственной регистрации права на недвижимое имущество и сделок с ним".
В то же время органы местного самоуправления получали денежные средства из федерального бюджета на содержание этих объектов вплоть до 2012 года. В федеральную собственность спорные объекты не приняты.
В соответствии с приказом Минэнерго России от 30.09.2008 № 99 "О порядке финансирования мероприятий по реструктуризации угольной промышленности" для предоставления финансирования на указанные мероприятия не требовалось предоставления доказательств регистрации права собственности на объекты.
Фактически Администрация пользовалась природоохранными объектами как своей собственностью.
В удовлетворении требования о признании недействительными договоров ипотеки отказано, так как судом установлено, что иск предъявлен по истечении срока исковой давности.
Определение Верховного Суда РФ от
13.08.2015 г. № 303-ЭС15-8244
Постановление АС ДВО от 14.04.2015
Постановление 5 ААС от 15.12.2014
Решение Арбитражного суда
Камчатского края от 22.09.2014
по делу А24-53/2012
Гражданин К. обратился в арбитражный суд с иском к Обществу, участником которого являлся, и Банку о признании недействительными заключенных данными юридическими лицами договоров об ипотеке.
В качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, к участию в деле привлечены предприниматель Н., Общество «Пингвин-Авто» (далее – заемщик) и Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Камчатскому краю (далее – Управление).
Как усматривается из материалов дела, между Банком и предпринимателем Н. заключен договор об открытии кредитной линии с лимитом выдачи 26 500 000 рублей по 17% годовых.
Впоследствии между Банком и Обществом «Пингвин-Авто» заключен договор об открытии кредитной линии на общую сумму 130 000 000 рублей по 14% годовых.
В обеспечение исполнения обязательств по указанным договорам между Обществом (залогодателем) и Банком (залогодержателем) были заключены два договора об ипотеке, предметом которых явилось принадлежащее Обществу недвижимое имущество.
В связи с неисполнением предпринимателем Н. обязательств по кредитному договору решением Петропавловска-Камчатского городского суда взыскана задолженность по этому договору, обращено взыскание на имущество, заложенное Обществом по договору об ипотеке.
Полагая, что указанные сделки (договоры ипотеки) являются крупными, совершены заинтересованными лицами в нарушение положений статей 45,46 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон об обществах), при их совершении директор Общества действовал неразумно и недобросовестно, гр-н К. обратился в арбитражный суд с вышеназванными требованиями.
Решением суда первой инстанции в удовлетворении исковых требований отказано.
Постановлением апелляционного суда решение суда первой инстанции отменено, исковые требования удовлетворены.
Постановлением суда округа вышеназванные судебные акты отменены, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.
При новом рассмотрении дела решением суда первой инстанции, оставленным без изменения постановлениями судов апелляционной и кассационной инстанций, исковые требования удовлетворены, оспариваемые договоры признаны недействительными.
Постановлением Президиума ВАС РФ от 13.05.2014 № 17089/12 состоявшиеся судебные акты нижестоящих судов отменены, дело направлено снова в суд первой инстанции на новое рассмотрение.
Судам было дано указание проверить и оценить, должен ли был Банк знать о совершении оспариваемых сделок с нарушением корпоративного порядка их одобрения, мог ли Банк, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить как наличие у договоров об ипотеке признаков крупных сделок, сделок с заинтересованностью, так и несоблюдение порядка их одобрения.
Кроме того, для квалификации сделок как ничтожных необходимо было установить не только признаки злоупотребления правом со стороны залогодателя, но и либо наличие сговора между Банком и руководителем Общества, либо факт осведомленности Банка о неправомерных действиях руководителя Общества.
Отказывая в удовлетворении заявленных требований, после отмены Постановлением Президиума ВАС РФ от 13.05.2014 № 17089/12 состоявшихся по делу судебных актов, суд первой инстанции исходил из того, что Банку при заключении оспариваемых договоров об ипотеке передавались протоколы собраний участников Общества о единогласном одобрении сделок, на которых содержались подписи гр-на К., подтверждающие его согласие на их совершение. Указанные документы не содержали существенных пороков в их оформлении, позволявших Банку усомниться в их действительности. Также судом было учтено, что на основании указанных протоколов уполномоченный орган совершил регистрационные действия, наложив обременение на спорные объекты недвижимости.
Изменяя решение суда первой инстанции, и, признавая один из договоров ипотеки недействительным, суды апелляционной и кассационной инстанций пришли к выводу о том, что при получении представленных в подтверждение одобрения сделки участником Общества документов (протоколы и решения общего собрания участников Общества), имеющих различное содержание и значительное расхождение указанных сумм кредита, у Банка, как у профессионального участника отношений по кредитованию субъектов предпринимательской деятельности, обоснованно должен был возникнуть вопрос о месте составления этих документов (город Сеул) и последующем их появлении в городе Петропавловске-Камчатском в крайне сжатые сроки, нетипичности ведения документооборота в деятельности юридического лица по одному вопросу различным шрифтовым исполнением.
Судебная коллегия ВС РФ, изучив материалы дела, пришла к выводу о необходимости отменить состоявшиеся по делу судебные акты судов апелляционной и кассационной инстанций с оставлением в силе решения суда первой инстанции ввиду следующего.
Выводы судов апелляционной и кассационной инстанций о недействительности второго договора ипотеки на основании статей 10, 168 ГК РФ являются ошибочными в силу следующего.
Пунктом 1 статьи 45 Закона об обществах установлено, что сделки, в совершении которых имеется заинтересованность члена совета директоров (наблюдательного совета) общества, лица, осуществляющего функции единоличного исполнительного органа общества, члена коллегиального исполнительного органа общества или заинтересованность участника общества, имеющего совместно с его аффилированными лицами двадцать и более процентов голосов от общего числа голосов участников общества, а также лица, имеющего право давать обществу обязательные для него указания, совершаются обществом в соответствии с положениями настоящей статьи.
В соответствии с пунктом 1 статьи 46 Закона об обществах крупной сделкой является сделка (в том числе заем, кредит, залог, поручительство) или несколько взаимосвязанных сделок, связанных с приобретением, отчуждением или возможностью отчуждения обществом прямо либо косвенно имущества, стоимость которого составляет двадцать пять и более процентов стоимости имущества общества, определенной на основании данных бухгалтерской отчетности за последний отчетный период, предшествующий дню принятия решения о совершении таких сделок, если уставом общества не предусмотрен более высокий размер крупной сделки. Крупными сделками не признаются сделки, совершаемые в процессе обычной хозяйственной деятельности общества, а также сделки, совершение которых обязательно для общества в соответствии с федеральными законами и (или) иными правовыми актами Российской Федерации и расчеты по которым производятся по ценам, определенным в порядке, установленном Правительством Российской Федерации, или по ценам и тарифам, установленным уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти.
По смыслу разъяснений, приведенных в пункте 2 Постановления Пленума ВАС РФ от 20.06.2007 № 40 "О некоторых вопросах практики применения положений законодательства о сделках с заинтересованностью", при рассмотрении иска о признании недействительной крупной сделки или сделки с заинтересованностью подлежит исследованию вопрос о добросовестности контрагента хозяйственного общества. Сделка не может быть признана недействительной, если будет установлено, что другая сторона не знала и не должна была знать о несоблюдении установленного порядка одобрения такой сделки.
Отказывая в удовлетворении требований при новом рассмотрении дела, суд первой инстанции установил, что Банку при заключении договоров об ипотеке передавались протоколы собраний участников Общества о единогласном одобрении залоговых сделок, на которых содержались подписи г-на К., подтверждающие согласие этого участника на совершение обеспечительных сделок. Протоколы представлялись и в регистрирующий орган для проведения государственной регистрации ипотеки.
Регистрирующий орган обязан осуществлять проверку действительности поданных заявителем документов на государственную регистрацию права или сделки и наличия соответствующих прав у подготовившего документ лица; осуществлять проверку законности сделки и устанавливать отсутствие противоречий между заявляемыми правами и уже зарегистрированными правами на объект недвижимого имущества.
Банк не должен был знать о совершении сделок с нарушением корпоративного порядка их одобрения. Действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, у Банка как разумного участника оборота не могли возникнуть сомнения в подлинности подписей гр-на К. на протоколах, в наличии действительного согласия этого участника Общества на обременение недвижимости ипотекой.
Также Верховный суд РФ отметил, что выполняя указания Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, судами не было установлено ни сговора между Банком и руководителем Общества, ни факт осведомленности воспользовавшегося сложившейся ситуацией Банка о неправомерных действиях руководства данного Общества.
Выводы судов об отказе гр-ну К. в удовлетворении требований в части признания недействительным договора ипотеки по причине пропуска срока исковой давности признаются правомерными.
Как разъяснил Пленум ВС РФ и Пленум ВАС РФ в пункте 26 Постановления от 15.11.2001 № 15/18 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности", если в ходе судебного разбирательства будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и уважительных причин для восстановления этого срока не имеется, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования именно по этим мотивам, поскольку в соответствии с абзацем вторым пункта 2 статьи 199 ГК РФ истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении иска.
Установив, что иск предъявлен по истечении срока исковой давности, о чем было заявлено в процессе рассмотрения дела, суды правомерно отказали гр-ну К. в удовлетворении требований о признании недействительным договора ипотеки по указанным основаниям.
Требование о признании права собственности отсутствующим удовлетворено, так как спорный объект, права на который в ЕГРП зарегистрированы как на недвижимость, не обладает соответствующими признаками недвижимой вещи, сам факт государственной регистрации права собственности ответчика на такое имущество нарушает права собственника участка, поскольку значительно ограничивает возможность реализации последним имеющихся у него правомочий.
Определение Верховного Суда РФ от
30.09.2015 г. № 303-ЭС15-5520
Постановление АС ДВО от 24.02.2015
Постановление 5 ААС от 29.09.2014
Решение Арбитражного суда
Приморского края от 22.07.2014
по делу А51-12453/2014
Территориальное управление Росимущества в Приморском крае (далее - Управление) обратилось в арбитражный суд с иском к Обществу, Федеральному государственному бюджетному образовательному учреждению высшего профессионального образования "Владивостокский государственный университет экономики и сервиса" (далее - Университет) о признании отсутствующим права собственности Общества на объект незавершенного строительства (благоустроенная площадка).
Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения постановлями судов апелляционной и кассационной инстанций, в иске отказано.
Как следовало из материалов дела и установлено судами, за Университетом зарегистрировано право постоянного (бессрочного) пользования на земельный участок для размещения благоустройства.
Согласно акту готовности, изготовленному отделением по городу Владивостоку Федерального государственного унитарного предприятия "Российский государственный центр инвентаризации и учета объектов недвижимости", на основании заявки Университета и представленных заказчиком документов при обследовании спорного объекта "Благоустроенная площадка" в г. Владивостоке определена площадь объекта по наружным размерам - 1227 кв. м, готовность объекта - 1,18%.
На основании договора купли-продажи зарегистрировано право собственности гр-на В. на указанный объект незавершенного строительства, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права.
Впоследствии на основании договора купли-продажи зарегистрировано право собственности Общества на спорный объект, о чем выдано свидетельство о государственной регистрации права.
Управление, считая, что названный объект не является недвижимостью, поскольку не соответствует признакам, установленным статьей 130 ГК РФ и зарегистрированное право собственности Общества на него нарушает права Российской Федерации как собственника земельного участка, обратилось в арбитражный суд с настоящим иском.
Разрешая спор, суды пришли к выводу о том, что объект незавершенного строительства (благоустроенная площадка) как недвижимое имущество существует в натуре на земельном участке, принадлежащем Российской Федерации.
Признав, что Управление не владеет спорным объектом, а с иском о признании права собственности ответчика отсутствующим может обратиться только лицо, фактически владеющее имуществом, суды сделали вывод об отсутствии нарушения прав истца, что также явилось основанием для отказа в иске.
Судебная коллегия по экономическим спорам ВС РФ пришла к выводу о необходимости отменить судебные акты нижестоящих судов и принять по делу новый судебный акт ввиду следующего.
Спор по настоящему делу возник в отношении вещи - объекта незавершенного строительства, которым является благоустроенная площадка со степенью готовности 1,18%.
Понятие недвижимого объекта раскрывается в статье 130 ГК РФ, в части 1 которой содержится указание на то, что к недвижимым вещам относятся земельные участки, участки недр и все, что прочно связано с землей, то есть объекты, перемещение которых без несоразмерного ущерба их назначению невозможно, в том числе здания, сооружения, объекты незавершенного строительства.
В пункте 38 Постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление Пленума № 25) разъяснено, что по смыслу статьи 131 ГК РФ закон в целях обеспечения стабильности гражданского оборота устанавливает необходимость государственной регистрации права собственности и других вещных прав на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение. При этом по общему правилу государственная регистрация права на вещь не является обязательным условием для признания ее объектом недвижимости (пункт 1 статьи 130 ГК РФ).
Из изложенного следует, что при разрешении вопроса о признании вещи недвижимостью, независимо от осуществления государственной регистрации права собственности на нее, следует устанавливать наличие у нее признаков, способных относить ее в силу природных свойств или на основании закона к недвижимым объектам.
Кроме того, возможность признания объекта незавершенного строительства недвижимостью была также разъяснена Постановлением Пленума № 25 в пункте 38, где указано, что при разрешении вопроса о признании правомерно строящегося объекта недвижимой вещью (объектом незавершенного строительства) необходимо установить, что на нем, по крайней мере, полностью завершены работы по сооружению фундамента или аналогичные им работы (пункт 1 статьи 130 ГК РФ).
При этом, в силу пункта 1 статьи 133 ГК РФ, замощение земельного участка, не отвечающее признакам сооружения, является его частью и не может быть признано самостоятельной недвижимой вещью.
В пункте 24 Постановления Пленума ВАС РФ «О внесении дополнений в Постановление Пленума ВАС РФ от 17.11.2011 № 73 «Об отдельных вопросах практики применения правил Гражданского кодекса Российской Федерации о договоре аренды» было также разъяснено, что если объект незавершенного строительства как самостоятельная недвижимая вещь отсутствует, то отказ в государственной регистрации права на него является правомерным.
Из исследованных судами по делу документов, спорный объект, ввиду отсутствия неразрывной связи с землей следует признать замощением земельного участка, которое является его частью и согласно пункту 38 Постановлению Пленума № 25, не может быть признано самостоятельной недвижимой вещью.
Вместе с тем, судебная коллегия ВС РФ не согласилась с выводами судов о том, что государственная регистрация права собственности Общества на спорный объект, не относящийся к недвижимому имуществу, не нарушает прав и законных интересов Управления.
Как указывает Управление, собственник земельного участка своего согласия на размещение объекта недвижимости не давал.
Однако наличие в ЕГРП записи о праве собственности ответчика на недвижимое имущество накладывает на собственника соответствующего земельного участка, на котором оно находится, определенные ограничения, обусловленные распространением на этот объект правового режима, установленного действующим законодательством для недвижимого имущества, в том числе по предоставлению под таким объектом земельного участка в пользование или в собственность в соответствии со статьей 36 ЗК РФ.
Согласно части 1 статьи 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом (часть 2 статьи 209 ГК РФ).
Таким образом, поскольку спорный объект, права на которое в ЕГРП зарегистрированы как на недвижимость, не обладает соответствующими признаками недвижимой вещи, сам факт государственной регистрации права собственности ответчика на такое имущество нарушает права собственника земельного участка, поскольку значительно ограничивает возможность реализации последним имеющихся у него правомочий.
Требование о признании права собственности Российской Федерации на квартиру удовлетворено, так как нормами гражданского законодательства не предусмотрено возникновение у государственных бюджетных учреждений права собственности на имущество, приобретенное за счет внебюджетных источников и такое имущество поступает учреждению на праве оперативного управления.
Определение Верховного Суда РФ от
24.09.2015 г. № 303-ЭС15-3678
Постановление АС ДВО от 05.02.2015
Постановление 5 ААС от 22.09.2014
Решение Арбитражного суда
Приморского края от 25.06.2014
по делу А51-26333/2013
Территориальное управление Росимущества в Приморском крае (далее – Управление Росимущества) обратилось в арбитражный суд с иском к Университету о признании права собственности Российской Федерации на 1- комнатную квартиру.
В качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, к участию в деле привлечено Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Приморскому краю (далее – Управление Росреестра).
Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения постановлениями судов апелляционной и кассационной инстанций, в иске отказано ввиду отсутствия правовых оснований.
Как установлено судами и следует из материалов дела, гражданка А. (продавец) и Университет (покупатель) заключили договор купли-продажи квартиры, находящейся в жилом доме в г. Находке Приморского края, на основании которого Учреждение юстиции по государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним на территории Приморского края зарегистрировало за Университетом право собственности на указанную квартиру.
Управление Росимущества обратилось в Управление Росреестра с заявлением о государственной регистрации права собственности Российской Федерации на спорную квартиру, вследствие чего получил отказ в связи с несоответствием представленных на государственную регистрацию документов по форме и содержанию требованиям действующего законодательства, а также наличием противоречий между заявленными и уже зарегистрированными правами.
При этом регистрирующим органом было обращено внимание заявителя на то, что государственная регистрация права собственности Российской Федерации на квартиру возможна только после того, как образовательным учреждением будет прекращено право собственности и зарегистрировано право оперативного управления на спорный объект.
Университет обратился с заявлением в Управление Росреестра с заявлением об исправлении технической ошибки и выдачи свидетельства в отношении объекта спорного недвижимого имущества.
Сообщением Управление Росреестра отказало Университету в исправлении технической ошибки и в выдаче свидетельства в отношении объекта недвижимого имущества, поскольку документы, представленные на государственную регистрацию прав по форме или содержанию не соответствуют требованием действующего законодательства.
Управлением Росрестра было установлено, что Находкинский отдел Управления Росреестра не допускал техническую ошибку в указании вида права, а внес данные о регистрации в ЕГРП согласно поданному заявлению и договору продажи недвижимости.
Вышеизложенные обстоятельства послужили основанием для обращения Управления Росимущества с иском о признании права собственности.
Отказывая в удовлетворении иска, суды нижестоящих инстанций исходили из того, что данный объект недвижимости приобретен Университетом за счет внебюджетных средств и учитывается на отдельном балансе, поэтому посчитали, что в силу пункта 2 статьи 298 ГК РФ, пункта 2 статьи 27 Федерального закона от 22.08.1996 № 125-ФЗ "О высшем и послевузовском профессиональном образовании", в редакции, действовавшей на момент регистрации права собственности и заключения договора купли-продажи, не признанного недействительной сделкой в установленном порядке, за Университетом правомерно зарегистрировано право собственности на спорную квартиру.
Кроме того, суды указали, что истцом избран неверный способ защиты права, поскольку в случае удовлетворения иска Университет будет необоснованно лишен вещных прав на приобретенное за счет собственных средств имущество.
Судебная коллегия по экономическим спорам ВС РФ, изучив материалы дела, пришла к выводу о необходимости отменить состоявшиеся судебные акты, требование Университета о признании права собственности Российской Федерации на квартиру удовлетворить по следующим основаниям.
Согласно Устава Университета, Университет создан как некоммерческое федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего профессионального образования.
Из пункта 1.5 новой редакции Устава, утвержденного приказом Министерства образования и науки Российской Федерации от 25.05.2011 № 1766, следует, что учредителем Университета является Российская Федерация, от имени которой функции учредителя выполняет Министерство образования и науки Российской Федерации.
Уставом Университета в целях осуществления образовательной деятельности за ним закрепляется находящееся в федеральной собственности имущество на праве оперативного управления в соответствии с Гражданским кодексом.
Пунктом 8.11 Устава предусмотрены источники финансового обеспечения его деятельности: средства федерального бюджета, добровольные пожертвования и целевые взносы, средства, полученные от арендаторов, средства грантов и иных источников, предусмотренных законодательством Российской Федерации.
В целях осуществления образовательной деятельности за Университетом закрепляется находящееся в федеральной собственности имущество на праве оперативного управления в соответствии с Гражданским кодексом.
Из пункта 3 статьи 213 ГК РФ (как в редакции Федерального закона от 21.03.2002 № 31-ФЗ, действовавшей на момент совершения сделки и регистрации права собственности Университета, так и в редакции Федерального закона от 03.11.2006 № 175-ФЗ) коммерческие и некоммерческие организации, кроме государственных и муниципальных предприятий, а также учреждений, являются собственниками имущества, переданного в качестве вкладов (взносов) их учредителями (участниками, членами), а также имущества, приобретенного этими юридическими лицами по иным основаниям.
Согласно пунктам 1 и 3 ГК РФ, действовавшей до 01.09.2014, учреждением признается организация, созданная собственником для осуществления управленческих, социально-культурных или иных функций некоммерческого характера и финансируемая им полностью или частично.
Статья 296 ГК РФ устанавливает право оперативного управления учреждения в отношении закрепленного за ним имущества, которое последнее осуществляет в пределах, установленных законом, в соответствии с целями своей деятельности, заданиями собственника и назначением имущества.
По общему принципу, изложенному в пункте 2 статьи 299 ГК РФ, доходы от использования имущества, находящегося в оперативном управлении учреждения, а также имущество, приобретенное последним по договору или иным основаниям, поступают в оперативное управление учреждения в порядке, установленном данным Кодексом, другими законами и иными правовыми актами для приобретения права собственности.
Если в соответствии с учредительными документами учреждению предоставлено право осуществлять приносящую доходы деятельность, то доходы, полученные от такой деятельности, и приобретенное за счет этих доходов имущество поступают в самостоятельное распоряжение учреждения и учитываются на отдельном балансе (пункт 2 статьи 298 ГК РФ).
Разъясняя применение судами пункта 2 статьи 298 ГК РФ, Пленум ВАС РФ в пункте 2 Постановления от 22.06.2006 № 21 "О некоторых вопросах практики рассмотрения арбитражными судами споров с участием государственных и муниципальных учреждений, связанных с применением статьи 120 Гражданского кодекса Российской Федерации" указал, что Гражданский кодекс определяет, что учреждение в силу статей 120, 296, 298 ГК РФ не может обладать данным имуществом на праве собственности. Пункт 2 статьи 42 и пункт 3 статьи 161 Бюджетного кодекса РФ определяют не содержание прав учреждений на доходы, полученные учреждениями от приносящей доход деятельности, а закрепляют особенности их учета. Поэтому установление нормами бюджетного законодательства особого порядка учета доходов, полученных от такой деятельности, не изменяет закрепленный Гражданским кодексом объем прав учреждения относительно данных доходов и приобретенного за счет них имущества.
Таким образом, нормами Гражданского кодекса не предусмотрено возникновение у государственных бюджетных учреждений права собственности на имущество, приобретенное за счет внебюджетных источников. Такое имущество, также как полученное за счет бюджетного финансирования, поступает учреждению на праве оперативного управления.
Часть 2 статьи 27 Федерального закона от 22.08.1996 № 125-ФЗ "О высшем и послевузовском профессиональном образовании" (в редакции, действовавшей на момент заключения договора продажи недвижимости), на которую сослались суды, содержит общие положения, регулирующие отношения собственности в системе образования и относятся к образовательным учреждениям, созданным в иной организационно-правовой форме.
Часть 2 статьи 27 указанного Закона была изменена Федеральным законом от 22.08.2004 № 122-ФЗ и сформулирована следующим образом: негосударственные высшие учебные заведения могут быть собственниками имущества в соответствии с законодательством Российской Федерации.
Таким образом, на основании договора купли-продажи у Университета возникло право оперативного управления на спорную квартиру в силу статьи 299 ГК РФ, а у Российской Федерации - право собственности.
Согласно положениям статьи 123.21 ГК РФ, действующей с 01.01.2014, учреждением признается унитарная некоммерческая организация, созданная собственником для осуществления управленческих, социально-культурных или иных функций некоммерческого характера. Учредитель является собственником имущества созданного им учреждения. На имущество, закрепленное собственником за учреждением и приобретенное учреждением по иным основаниям, оно приобретает право оперативного управления в соответствии с Гражданским кодексом.
В соответствии с пунктом 9 статьи 9.2 Федерального закона от 12.01.1996 № 7-ФЗ "О некоммерческих организациях" (введенной Федеральным законом от 08.05.2010 № 83-ФЗ) имущество бюджетного учреждения закрепляется за ним на праве оперативного управления в соответствии с ГК РФ. Собственником имущества бюджетного учреждения является соответственно Российская Федерация, субъект Российской Федерации, муниципальное образование.
Следовательно, нормами действующего в настоящее время законодательства также предусмотрено возникновение права собственности Российской Федерации на приобретенное федеральным бюджетным учреждением за счет внебюджетных источников имущество, поступающее учреждению на праве оперативного управления.
Требование о признании недействительным договора купли-продажи и применении последствий недействительности сделки удовлетворено, поскольку фактически произведенный зачет суммы действительной стоимости имущества, уплаченной ответчиком при покупке этого имущества у должника по недействительной сделке, является существенным нарушением норм законодательства о банкротстве в части последствий недействительности сделки должника.
Определение Верховного Суда РФ от
24.12.2015 г. № 303-ЭС15-11427
Постановление АС ДВО от 13.05.2015
Постановление 5 ААС от 16.02.2015
Определение Арбитражного суда
Приморского края от 20.11.2014
по делу А51-17166/2012
Конкурсный управляющий закрытого акционерного общества (далее – Общество) обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным договора купли-продажи индивидуального жилого дома и земельного участка, заключенного между Обществом и гр. К., а также о применении последствий недействительности сделки.
Суд первой инстанции, руководствуясь пунктом 1 статьи 61.2, пунктом 1 статьи 61.6 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", статьей 164, пунктом 2 статьи 167, статьей 301, пунктом 3 статьи 433, пунктом 2 статьи 558 ГК РФ, абзацем 2 пункта 9, пунктом 29 постановления Пленума ВАС РФ № 63, признал договор недействительным как сделку, совершенную при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной. Суд применил последствия недействительности сделки: взыскал с гр. К. действительную стоимость имущества и восстановил задолженность Общества перед гр. К. в размере
2 450 000 рублей.
Постановлением суда апелляционной инстанции, оставленным без изменения постановлением суда округа, определение изменено в части применения последствий недействительности сделки: с гр. К. в пользу Общества было взыскано 2 980 000 руб.
Как установлено судами и подтверждено материалами дела, между Обществом (продавец) и гр. К. (покупатель) был заключен договор купли-продажи части жилого дома. Полная выкупная стоимость имущества определена сторонами в размере 2 450 000 руб, тогда как рыночная стоимость этого имущества составляла 5 430 000 руб., что подтверждено заключением судебной экспертизы.
Впоследствии жилой дом был реализован иному лицу.
Определением суда первой инстанции принято заявление Общества о признании его банкротом.
Постановлением апелляционного суда в отношении Общества введено наблюдение.
Решением суда первой инстанции Общество признано банкротом, открыто конкурсное производство, назначен конкурсный управляющий.
Разрешая спор по существу, суд первой инстанцци сравнил действительную стоимость отчужденного Обществом имущества (рыночную стоимость имущества на момент его приобретения) с суммой, полученной Обществом от покупателя, и установил неравноценность встречного исполнения обязательств покупателем по договору, заключенному в течение одного года до принятия судом заявления о признании Общества банкротом с учетом даты государственной регистрации перехода права собственности. В связи с указанными обстоятельствами суд признал договор недействительным на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Применив последствия недействительности сделки, суд взыскал с гр. К. в пользу Общества действительную стоимость имущества и восстановил задолженность Общества перед гр. К. в размере ранее уплаченной ей суммы.
Изменяя определение суда первой инстанции в части применения последствий недействительности договора, апелляционный и кассационный суды не признали правомерность применения судом первой инстанции пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве, указав, что взыскание полной стоимости имущества может привести к возникновению на стороне должника неосновательного обогащения в размере произведенной покупателем оплаты по договору. В связи с этим суды взыскали с покупателя действительную стоимость имущества за вычетом суммы, оплаченной им ранее.
Отменяя постановления апелляционного и кассационного судов и, оставляя в силе определение суда первой инстанции, судебная коллегия Верховного Суда РФ указала на следующее.
Согласно пункту 3 статьи 61.6 Закона о банкротстве кредиторы и иные лица, которым передано имущество или перед которыми должник исполнял обязательства или обязанности по сделке, признанной недействительной на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве и ГК РФ, в случае возврата в конкурсную массу полученного по недействительной сделке имущества приобретают право требования к должнику, которое подлежит удовлетворению в порядке, предусмотренном законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве).
Исходя из изложенного, суд первой инстанции правильно применил правило о реституции в виде взыскания с гр. К. полной стоимости имущества и восстановления задолженности Общества перед гр. К. в размере ей при приобретении имущества суммы.
Задолженность Общества восстановлена. За гр. К. сохраняется право на обращение в суд с заявлением о включении ее требований в отношении восстановленной задолженности в реестр требований кредиторов должника по правилам статей 100, 142 Закона о банкротстве с учетом разъяснений, данных в пунктах 25 - 27 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63. Следовательно, у апелляционного и окружного судов не было оснований полагать, что применение судом первой инстанции реституции может привести к неосновательному обогащению должника.
Таким образом, отмена судом округа определения суда первой инстанции и фактически произведенный зачет подлежащей взысканию с гр. К. действительной стоимости недвижимого имущества суммы, уплаченной при покупке этого имущества у должника по недействительной сделке, является существенным нарушением абзаца третьего пункта 8 статьи 142 закона о банкротстве в части последствий недействительности сделки должника, которое повлияло на исход дела и без устранения которого невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод, законных интересов в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.
2.2. Постановления (определения) апелляционной инстанции оставлены без изменения.
Требование об оспаривании договора купли-продажи, взыскании в пользу должника действительной стоимости недвижимого имущества и убытков удовлетворено, поскольку в силу требований п. 1 ст. 61.6 ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" недопустимо уменьшение конкурсным кредитором заявленных требований в части применения последствий недействительности сделки должника, в соответствии с названным положением с ответчика подлежит взысканию действительная стоимость имущества, приобретенного по недействительной сделке.
Определение Верховного Суда РФ от
21.07.2015 г. № 303-ЭС15-2858
Постановление ФАС ДВО от 25.12.2014
Постановление 5 ААС от 07.08.2014
Определение Арбитражного суда
Приморского края от 21.04.2014
по делу А51-7114/2012
В рамках дела о банкротстве Общества (далее - должник) конкурсный управляющий должником, ссылаясь на пункт 1 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве), обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным договора купли-продажи, заключенного между должником и гр. А., и применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с гр. А. в пользу должника действительной стоимости недвижимого имущества в размере 1 195 000 руб. и убытков в размере 332 000 рублей.
Определением суда первой инстанции заявленные требования удовлетворены частично: договор купли-продажи признан недействительным, применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с гр. А. в пользу должника действительной стоимости недвижимого имущества в размере 490 000 рублей.
Постановлением апелляционного суда определение изменено: договор купли-продажи признан недействительным, применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с гр. А. в пользу должника действительной стоимости недвижимого имущества в размере 1 486 000 руб.; восстановлено право требования гр. А. к должнику произведенной по договору купли-продажи оплаты в сумме 996 000 руб.; с гр. А. в пользу долника взысканы убытки в размере 245 000 рублей.
Постановлением суда округа судебные акты нижестоящих судов изменены: договор купли-продажи признан недействительным, применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с гр. А. в пользу должника 735 000 руб., в том числе 490 000 руб. действительной стоимости недвижимого имущества и 245 000 руб. убытков.
Как установлено судами и подтверждалось материалами дела, должнику на праве собственности принадлежало недвижимое имущество - нежилые помещения общей площадью 30,10 кв. м.
Впоследствии между Обществом (продавец) и гр. А. (покупатель) заключен договор купли-продажи, согласно которому продавец передал в собственность покупателю, а покупатель принял и оплатил на условиях, установленных договором, спорное недвижимое имущество.
Спорное недвижимое имущество продано по балансовой стоимости в размере 996 000 рублей.
Переход права собственности к гр. А. на спорное недвижимое имущество зарегистрирован установленном законом порядке.
В дальнейшем спорное недвижимое имущество реализовано иному лицу – гр. Ш., что подтверждается выпиской из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок ним.
Конкурсный управляющий, полагая, что спорный договор купли-продажи имеет признаки недействительности сделки, предусмотренные пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, обратился в арбитражный суд.
Изменяя постановление суда апелляционной инстанции, суд округа указал, что взыскание с ответчика в пользу Общества действительной стоимости спорного недвижимого имущества привело бы к неосновательному обогащению на стороне последнего за счет ответчика в виде разницы между действительной стоимостью имущества и суммой, полученной Обществом по спорному договору в оплату за его продажу, в связи с чем взыскал в пользу Общества действительную стоимость недвижимого имущества за вычетом уплаченной ответчиком цены за его приобретение.
Судебная коллегия по экономическим спорам ВС РФ отменила постановление суда кассационной инстанции, постановление суда апелляционной инстанции оставила без изменения ввиду следующего.
В силу пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве в случае признания сделки недействительной в конкурсную массу возвращается все полученное по данной сделке, а при невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре производится возмещение действительной стоимости этого имущества. При этом по смыслу пункта 4 статьи 61.6 Закона о банкротстве в случае признания на основании статьи 61.2 названного Закона недействительными действий должника по уплате денег, передаче вещей или иному исполнению обязательства, а также иной сделки должника, направленной на прекращение обязательства, обязательство должника перед соответствующим кредитором считается восстановленным с момента совершения недействительной сделки.
Эти правила обеспечивают равную, а, значит, наиболее справедливую защиту интересов кредиторов должника, претендующих на удовлетворение своих требований за счет конкурсной массы, и исключают преимущественное удовлетворение требований кредитора, восстановившихся в результате признания недействительной соответствующей сделки должника.
Таким образом, уточнение конкурсным кредитором заявленного требования в части уменьшения подлежащей взысканию с гр. А. действительной стоимости недвижимого имущества противоречило вышеуказанным последствиям недействительности сделки должника, применить которые по смыслу главы III.1 Закона о банкротстве суд, рассматривающий заявление о признании сделки недействительной, обязан независимо от формулировки этих требований в заявлении об оспаривании сделки.
Следовательно, суд апелляционной инстанции, руководствуясь вышеизложенными положениями Закона о банкротстве, обоснованно указал на недопустимость уменьшения конкурсным кредитором заявленных требований в части применения последствий недействительности сделки должника, и в точном соответствии с названными положениями, взыскав с гр. А. действительную стоимость имущества, приобретенного по недействительной сделке, восстановил ее требование к должнику в размере уплаченной по этой сделке денежной суммы.
Отдел анализа и обобщения судебной практики, законодательства и статистики
26.02.2016
Опубликовано: 07.06.2016 10:07 Обновлено: 27.05.2023 21:59